Ольга, королева русов - читать онлайн книгу. Автор: Борис Васильев cтр.№ 40

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Ольга, королева русов | Автор книги - Борис Васильев

Cтраница 40
читать онлайн книги бесплатно

– Я слагаю о тебе песнь славы, королева русов.

В дверь осторожно постучали.

– Войди!

В ответ на повеление великой княгини вошел дежурный сын боярский. Почтительно – куда подобострастнее и ниже, чем прежде, – склонился у порога:

– Прости, великая княгиня, что напоминаю тебе. Боярин Кисан сказал, что ты завтра переезжаешь на загородную усадьбу. Какие будут повеления?

Только сейчас Ольга окончательно пришла в себя, а главное, избавилась от опасного, странно лишавшего ее активной деятельности влияния Асмуса. Она вновь стала великой княгиней Великого Киевского княжества, перестав таинственно ощущать себя королевой русов. И распорядилась с присущей ей властностью и трезвостью:

– Конюшему наказ. Подготовить коней и обоз к переезду в Берестов. Ко мне дворецкого. Ступай, боярский сын.

Отдав глубокий поклон, боярский сын вышел.

– Наказ тебе, дворянин Асмус. Выберешь в моих конюшнях доброго коня, возьмешь толкового гридня в помощь и поскачешь навстречу воеводе Свенельду. Мне известно, что на днях он должен выйти из земли древлян.

– Что ему передать?

– Ты все слышал и, надеюсь, все запомнил Расскажешь все воеводе, он сам решит, что делать.

– Ты повелишь мне остаться при великом воеводе Свенельде, королева русов?

– Н-нет, – не очень уверенно выговорила княгиня. – Ты вернешься в Берестов, минуя Киев. И я скажу, что тебе надлежит делать дальше.

– Повинуюсь.

Асмус низко поклонился и поспешно вышел из сумрачной, задымленной горящими факелами и светильниками палаты. Ольга некоторое время стояла в раздумье, вспоминая то ли с великой гордостью, то ли с великим страхом, как изгнала из покоев великого князя. Потом приказала погасить все огни и прошла в самый дальний придел дворца, куда переход знали только особо посвященные.

За дверью потайного прохода стояли два стражника, скрестившие копья, как только княгиня приоткрыла дверь. Увидев ее, развели преграду и склонили головы, прижав правые руки к рукоятям мечей.

– Дети здесь? – спросила она.

– Да, великая княгиня. Никто к дверям не подходил.

Ольга миновала сени, откинула полог. Навстречу тотчас же бросилась молодая служанка, держа кинжал лезвием к себе. И отпрянула, узнав великую княгиню в тусклом свете жирового светильника.

– Прости, великая княгиня.

– Хвалю. Как твое имя?

– Айри, госпожа.

– Завтра зайдешь ко мне, Айри. Где дети?

– Спят. Старшая нянька велела мне охранять их здесь.

– Хвалю еще раз, – сказала Ольга и прошла за тяжелый полог, который откинула перед нею Айри.

Здесь горел факел. Ольга увидела детей, спавших рядом на одном ложе, хотела шагнуть к ним, но из полумрака появилась дородная старшая нянька.

– Они спят, великая княгиня. Не разбуди их, детский сон целителен.

– Постараюсь. Как они?

– Были очень напуганы. Сначала плакали и цеплялись друг за друга, но я утешила их. Они еще малы и не понимают, что произошло.

– Совсем маленькие?

– Одному около трех, второму еще нет пяти. Когда немного успокоились, сказали свои имена. Который постарше – Сфенкл, маленького зовут Икмаром.

– Отныне они – мои воспитанники, скажи челяди. Если с ними что-нибудь случится…

– С ними ничего не случится, великая княгиня.

Ольга внимательно посмотрела на нее, но старшая нянька не отвела глаз.

– Доверяю их тебе, Статна.

Та склонилась в низком поклоне.

2

Кисан так и не смог заснуть в эту ночь. Метался по личным покоям, избегая женской половины дома. Пытался задремать или хотя бы забыться, но тревожные, пугающие думы зловеще ворочались в сознании, и дрема уходила от него.

В ту ночь великий князь Игорь в его присутствии испытал второй по счету припадок. И куда более сильный, затяжной и страшный, чем тот, который обрушился на великого князя, когда византийцы, разгромленные им на суше, греческим огнем спалили все киевские лодьи. Великий князь возвращался из удачного похода на Царьград с богатой добычей, и византийский флот перехватил его у берегов Болгарского царства. Тогда Игорь был столь потрясен внезапным разгромом, что упустил управление остатками дружины и воротился в Киев скорее с соратниками по грабежам и гульбе, нежели с преданными и стойкими оружными людьми. Сегодняшний припадок полубезумия-полугульбы случился вообще без видимых на то причин, и именно эта беспричинность и не давала спокойно заснуть его верному другу, первому советнику и первому боярину Кисану.

Дружинники смотрят на вождя и поступают по образцу, который видят перед собою. Кисан не был ни дружинником, ни тем паче воеводой, хотя очень неплохо владел мечом, пройдя ту же школу обучения, что и юный князь Игорь. Но об этом свойстве дружинного сообщества знал, хотя в походы никогда не ходил и в схватках не участвовал. У него было другое оружие: ясное представление о том, что происходит, и почти мистическое видение того, что воспоследует в скором времени. Он был лучшим советником для великого князя Игоря, так как всегда облекал свои весьма дельные советы в форму, которую Игорь, как правило, воспринимал не сомневаясь, без сопротивления и даже без никчемных колебаний.

Кисан до тонкостей изучил капризный, всегда непредсказуемый и истерично надломленный характер великого князя. На это ему вполне хватило времени: они вдвоем сосали одну грудь. Случилось это потому, что на острове вспыхнула цинга, и мать Кисана мудро продлила кормление детей грудью, хотя они к тому времени уже ходили на собственных ногах.

Поэтому все у них шло мирно, пока Игорь после разгрома на море не стал совсем уж не в меру раздражительным, потерявшим уверенность в своем военном счастье и в преданности собственной дружины.

Именно тогда он вдруг заговорил об измене, зачем-то возложил опалу на ни в чем не повинного Хильберта и выгнал из дружины нескольких старых, еще Олеговой выучки, а потому и наиболее опытных дружинников. Князь метался душою куда более, нежели телом, и Кисан это прекрасно понимал. И быстро сообразил, как отвлечь его от этих метаний.

Это его люди купили на византийском рынке могучего юношу-левантийца, отлично говорившего на языке ромеев. Но говорить ему не следовало, почему Кисан и приказал еще там, в Царьграде, лишить его языка. А потом обставил приезд этого немого раба как подарок от самой Византии.

Это был верный ход. Игорь получил отдушину не только для тела, но и для души. Как всякий слабовольный истерик, он склонен был верить в желаемое, в некие утешительные мечты, если эти мечты ему подсовывали вовремя, как осторожные предположения других. Так он с необыкновенной легкостью поверил, что Византия его боится, почему и послала прекрасный немой подарок. Он настолько не любил размышлений, погружений в думы, поисков следствий у причин и причин у следствий, что ни разу не подумал о том, что цареградские советники императора не могли знать о его болезненной тяге к юным мужчинам и столь же болезненном страхе перед женщинами.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению