Коронация, или Последний из романов - читать онлайн книгу. Автор: Борис Акунин cтр.№ 69

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Коронация, или Последний из романов | Автор книги - Борис Акунин

Cтраница 69
читать онлайн книги бесплатно

Оказывается, полицейские и солдаты оцепили не только часовню, но и весь монастырь. Под землей, в лабиринте, уже много часов ведутся поиски. Городовой, с которым поговорил Фандорин, сообщил, что по всем полицейским частям разослан словесный портрет двух опаснейших преступников, совершивших неизвестно какое, но по всей видимости чрезвычайно тяжкое преступление. Выезды из Москвы наглухо перекрыты, и поимка злодеев – вопрос времени. Один из них – худощавый и моложавый брюнет с тонкими усиками; особые приметы – седина на висках и характерное заикание. Другой – и тут Фандорин описал мою скромную персону, причем куда более подробно. Так я узнал, что у меня нос хрящевато-раздвоенного типа, бородавка не просто на щеке, а в третьей левой доле, и глаза болотно-желтого оттенка с миндалевидным разрезом.

– Как вам удалось разговорить полицейского? – поразился я. – И потом, неужто ему не показалось подозрительным ваше заикание?

– Для того, чтобы разговорить незнакомого человека, потребно знание п-психологии и физиогномистики, – с важным видом пояснил Эраст Петрович. – Что же до заикания, то, как вы могли заметить, перевоплощаясь в иную п-персоналию, я меняю и голос, и манеру разговора, и все прочие речевые особенности. Это уже совсем не я, или, во всяком случае, не совсем я. Заикание – следствие давней к-контузии, полученной Фандориным, а отнюдь не степенным мужичком, который так уважительно беседовал с господином городовым.

Я только махнул рукой:

– Всей вашей психологии в нынешних обстоятельствах грош цена. Никого мы спасти не можем. Нас бы самих кто спас. Приметы наши полиции известны. Лучше уж пойти и сдаться. Объясним, как и что – простят.

Фандорин с возмутительным легкомыслием пожал плечами:

– Дались вам эти приметы. Приметы мы поменяем. Покрасим вас в б-блондина, оденем чиновником, усы с бакенбардами сбреем…

– Ни за что на свете! – вскричал я. – Я ношу их больше двадцати лет!

– Как угодно, но с вашими, как выражается Линд, favoris de chien, вас и в самом деле легко опознать. Вы обрекаете себя на сидение в ч-четырех стенах, а я буду перемещаться по городу совершенно свободно.

Эта угроза меня ничуть не испугала, да и думал я уже о другом.

– Представляю, как недоумевают их высочества по поводу моего непонятного исчезновения, – уныло пробормотал я.

– Скорее негодуют, – поправил меня Фандорин. – Со стороны ситуация выглядит довольно недвусмысленно. Разумеется, все решили, что мы с вами сговорились с Линдом, а то и с самого начала действовали с ним заодно. Или же что мы решили в-воспользоваться случаем, чтобы похитить «Орлова». Именно поэтому полиция нами так и интересуется.

Я застонал. Ну конечно – именно так наше поведение и выглядит!

Понурился и Фандорин. Видно, и до него, наконец, дошло, в каком положении мы очутились из-за его склонности к авантюрам.

Но нет, его, оказывается, печалило совсем другое.

– Ах, Зюкин, какая операция п-провалилась! Подмена кучера – это было так просто и почти г-гениально. По рассказам Эмилии я догадался, что возница глухонемой. Это, да еще опущенная на глаза шляпа и густая черная б-борода облегчили задачу. Кучер теперь в полиции, да только проку от него не будет. Не только безгласен, но и зверообразен. Потому-то Линд и не побоялся его п-подставить. Все должно было пройти как по нотам! И мальчика бы спасли, и Линда бы взяли. – Он досадливо махнул рукой. – Ну, не взяли бы живьем, так на месте бы положили, потеря для ч-человечества небольшая. Мне нужно было только спуститься вниз. Кто бы мог подумать, что ювелир не испугается кинжала? Из-за этого все и сорвалось. Как служат этому Линду! И чем он их только берет? Нет, это просто невероятно! – Эраст Петрович взволнованно вскочил на ноги. – Чертов бельгиец думал не о себе, а о Линде. Это уж не просто бандитская честь, это самая настоящая беззаветная любовь!

– Откуда вы знаете, что ювелир был бельгиец?

– Что? – рассеянно переспросил он. – А, по выговору. Бельгиец, из Антверпена, вне всяких сомнений. Но это неважно. Важно другое. Как вы т-толкуете слова Эмилии? Помните, она крикнула: «Здесь Линд! Это…» Что «это»? Такое ощущение, будто она хотела назвать какое-то известное нам имя или же некую очень характерную или неожиданную особенность. Если имя, то чье? Если примету, то какую? «Это г-горбун»? «Это китаец»? «Это женщина»? – Фандорин прищурился. – Насчет китайца или женщины не знаю, всё может быть, но что Линд не горбун, мне известно доподлинно – я бы заметил… Ничего, скоро мы всё узнаем.

Эти последние слова были произнесены с такой спокойной уверенностью, что во мне шевельнулась надежда.

– Итак, Зюкин, д-давайте рассуждать, взвесим плюсы и минусы нашего положения. – Эраст Петрович сел рядом со мной на песок, взял в ладонь несколько камешков и провел по песку черту. – Мальчик по-прежнему в руках Линда. Это плохо. – Один камешек, черный, лег слева от черты. – Эмилия тоже стала заложницей. Это опять плохо.

К первому черному камешку присоединился второй.

– А что хорошо-то? – не выдержал я. – Добавьте к этому, что вся полиция империи, как обычная, так и тайная, охотится не на доктора Линда, а на нас с вами. Что его высочество от перенесенных испытаний тяжело болен и, возможно, даже при смерти. Что Линд, как вы сами говорили, живых свидетелей не оставляет!

Фандорин согласно покивал и положил туда же еще три камешка.

– А теперь посмотрим на дело с д-другой стороны. Хорошо то, что «Орлов» у нас и мы с вами в крайнем случае, если уж совсем не будет другого выхода, готовы пойти на обмен. Это раз. Хорошо то, что Линд потерял б-большинство своей банды. Собственно, почти всех: четверых в день похищения, потом всю шайку Культи, а вчера еще пятерых. Эмилия крикнула: «Их трое». Стало быть, у Линда осталось всего двое людей, а первоначально было чуть ли не два десятка. Это два. Наконец, вчера я успел назваться Линду и сообщить ему, на каких условиях возможен обмен. Это три.

Я посмотрел на пять черных камешков, на три белых, и прилива бодрости не ощутил.

– А что толку? Мы же не знаем, где его теперь искать. Да если и знали бы! У нас связаны руки. Мы по Москве и шагу ступить не сможем – сразу арестуют.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию