Хренодерский переполох - читать онлайн книгу. Автор: Татьяна Андрианова cтр.№ 5

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Хренодерский переполох | Автор книги - Татьяна Андрианова

Cтраница 5
читать онлайн книги бесплатно

— И ты здравствуй, — поклонился голова, хотел снять шапку, но вспомнил, что забыл ее дома, и просто пригладил растрепанные волосы пятерней.

Впрочем, прическу это не спасло.

— Ну, как оно прошло? — поинтересовался Гонорий, перехватывая половчее мешок.

«И этот куда-то собрался, — закручинился Панас, тоскливо оглядывая ношу старика. — Ну что за день сегодня такой?»

— Никак, — покачал головой он. — Парни сбежали, ведьма в ярости.

— Понятно, — тяжело вздохнул старец.

— Еще она сказала, что я никудышный голова, вот. Раз не в состоянии ни кота ей найти, ни женихом обеспечить. Вот вздорная баба!

— Вздорная? Ну да. Конечно… — эхом отозвался жрец, а сам невольно вспомнил другую ведьму — огненно-рыжую, с зелеными изумрудами глаз Льессу.

Мать Светлолики была сильной ведьмой. Может, со столичными ей не сравниться в уменье, только не всякая столичная выживет в лесу, когда зима грозит завалить снегом избу до самой крыши, а осмелевшая за длинные ночи нечисть протяжно воет у порога, скребется когтями в двери, хнычет, царапая крышу. Прекрасная Льесса, чья огненная грива волос, практически не поддающаяся никакому гребню, спускалась до волнующих бедер, а изумрудному цвету глаз могли позавидовать самые лучшие драгоценные камни из Шаарских рудников, пять лет назад остановила Поветрие, выкосившее своей ржавой косой несколько окрестных селений, где до сих пор не рискуют селиться люди, зато расплодилась нежить. Рыжая ведьма отстояла Хренодерки, но цена была высока. Она сгорела за неделю, умирала в страшных мучениях в маленьком сарайчике за околицей деревни. Только старый жрец не покинул отчаянно цеплявшуюся за жизнь молодую женщину. Он обтирал влажной тряпкой пот и сукровицу с покрытого волдырями лба, смачивал потрескавшиеся от нестерпимого жара губы, поил целебными отварами, в составлении которых далеко не так был силен, как умирающая.

Сельчане боялись Поветрия. Умереть в таких муках не хотел никто. Только самые отважные носили небогатые подношения к старому сараю. По утрам жрец Гонорий обнаруживал молоко, сало, крупу и овощи в достаточном количестве, чтобы прокормить умирающую и ухаживающего за ней жреца. Страшно было сидеть и смотреть, как западают щеки, как гаснет свет в изумрудных глазах, чувствовать гнилостное дыхание смерти, но Гонорий в минуты своей слабости читал молитвы Всевышнему. Он молился за деревню, за умирающую ведьму, за ее одиннадцатилетнюю дочь, а еще просил смирения и терпения, чтобы с честью выдержать ниспосланное небесами испытание и облегчить уход измученной женщины. Иногда ему казалось, что губы умирающей беззвучно вторят его словам, и тогда он молился еще истовей, думая, что ведьма, отдавшая свою жизнь за жителей Хренодерок, шепчущая молитвы растрескавшимися губами, не может быть злом.

После смерти Льессы сарайчик сожгли вместе с трупом почившей в нем ведьмы. Пепел собрали и похоронили за оградой местного кладбища. Пусть ведьма умерла, спасая человеческие жизни, но нарушить обычай хоронить их род за пределами погоста не решились. На похороны пришло все село, не пустили только Светлолику. Боялись, как бы маленькая ведьма не подхватила заразу и не оставила деревню без последней защиты.

— Вот! — Гонорий сунул в руки оторопевшего Панаса холщовый мешок. — Пойди и отдай Светлолике.

Голова уставился на мешок, как еж на кактус; он даже легонько потряс предмет с непонятным содержимым, словно надеялся, что внутри что-то загремит или как-то по-другому проявит себя. Предчувствия его не обманули. В мешке что-то завозилось, заерзало, зашипело, зарычало, завыло по-звериному. Страшно! Панас чуть не выронил мешок, помог жрец, проявивший чудеса ловкости, не свойственной людям его возраста. Он цепко перехватил мешок и, теряя терпение, рявкнул:

— Осторожно! Знаешь, сколько он стоит?!

«Неужели мешковина подорожала? — удивился Панас. — Ну надо же. Наверное, нужен был в прошлое воскресенье в Репицах мешков прикупить. Эх, кабы знать!»

Мешки в Репицах делали самые крепкие, хоть лошадь запихивай, если правильно утрамбовать, мешок выдержит. Главное, чтобы сама скотина пролезла. Панас поблагодарил Гонория за науку, поцеловал перстень на старческой руке и отправился к ведьме.

«Интересно, что там может так возиться? Может, курица? — думал он дорогой. — Нет. Курица так орать не станет…»

Панас с любопытством покосился на мешок. А ну как жрец решил подшутить над ведьмой? Ведьмы со жрецами обычно не ладят. Это всем известно, у кого хочешь спроси. Да нет, не станет Гонорий заниматься такими делами. Не по сану ему, да и прислужница его Марыська всю зиму бегала к Светлолике за настойками и притираниями для старца. С другой стороны, жрец ведь не сам тащит свое подношение, он благополучно сбагрил его голове. А почему же тогда сам не отнес, коли подарок стоящий? Боялся, не примет? Да нешто ведьма когда отказывалась от хорошей вещи? И скотинке наверняка обрадуется, вон даже козу притащила, кур велела принести и сарайчик сладить. А ведь и женить ведьму Гонорий присоветовал. Точно. Теперь Светлолика будет злиться на все Хренодерки, может, даже исполнит старую угрозу и совсем уйдет в другое село. Кто ж ее, ведьму, остановить сможет? А сам жрец ни при чем останется. О его участии, кроме Панаса, никто не знает.

Придя к такому выводу, голова остановился как вкопанный, не дойдя до поляны, где проживала Светлолика, буквально десять шагов. Уставился на злополучный мешок, как на ловушку с капканом. Он потряс мешок еще раз. Внутри снова завозились. Что-то явно живое и очень опасное принялось драть мешковину изнутри.

— Да что же это? — чуть не сел на землю Панас.

За свою жизнь он повидал много зверья, встречалась и нежить, но тут мужчина слегка струхнул, и его колени ощутимо задрожали. Голова собрал остатки быстро покидающего его мужества в кулак и смело сунул могучую руку в упаковку подарка. Вытряхивать побоялся. Вдруг убежит? Жрец сказал, что мешок дорого стоит, может, и его содержимое недешево? Глупо будет потерять его из-за простого испуга. Руку пронзила острая боль. Тот, кто сидел внутри, вцепился в беззащитную длань не менее чем сотней когтей и вгрызся двумя сотнями зубов. Панас взвыл и попытался стряхнуть агрессивное существо, но тщетно. Тот, кто сидел внутри, зарычал и удвоил усилия. Мужчина взревел, как раненый медведь, и инстинктивно помчался в сторону избушки ведьмы. Тут уж не до выяснений, кто сидит в мешке, хорош подарок или плох, а вручить придется. Возможно, вместе с рукой. А что делать?

Светлолика, которая спокойно чаевничала с Вязом Дубровичем, с удивлением наблюдала, как на поляну, словно ошпаренный кипятком, выскочил голова. Страшно выпучивший глаза мужчина галопом промчался к окну, изрядно оттоптав при этом ноги лешему, и сунул молодой ведьме грозно завывающий мешок, почему-то надетый на руку.

— Вот. Это тебе. Подарок, — морщась, как от зубной боли, возвестил он, не обращая на возмущенного лешего никакого внимания, словно его там и не было.

Зря Вяз Дубрович колотил наглеца руками-ветками. Без толку.

Светлолика скосила глаза на шевелящийся подарок и скромно потупилась:

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению