Идиотам просьба не беспокоиться - читать онлайн книгу. Автор: Тибор Фишер cтр.№ 59

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Идиотам просьба не беспокоиться | Автор книги - Тибор Фишер

Cтраница 59
читать онлайн книги бесплатно

– Нет.

– Вот-вот. Я подумывал про Внешние Гебриды, но там слишком уныло, да и от шотландцев меня трясет. Проблема с маленькими территориями, пусть даже и самыми отдаленными, что если там тебя будут искать, то найдут обязательно. Стало быть, Мехико – лучше в том смысле, что там тебя точно никто не найдет, в таком большом городе.

– А Турция здесь каким боком?

– Двойной блеф. Турки не станут искать меня в Турции, решат, что мне просто не хватит наглости прятаться на их территории.

– Это не двойной блеф. Это просто блеф.

– Нет, двойной. Потому что это действительно вопиющая наглость. Ну и что скажешь?

Это был первый раз, когда Дан спросил ее мнение. Вообще первый раз.

– Скажу, что тебе надо было выкинуть ту марку в первую же урну на Олд-Кент-роуд.

Дан психанул. Миранда так и не поняла, повлияла ли на брата ее прямота, но он все-таки убежал из страны. Потеря дома, разумеется, не способствовала восстановлению здоровья больного отца. Миранда была сильно удивлена. Дан всегда был генератором неприятностей, но раньше он никогда не делал этого нарочно.

Но он все равно периодически ей звонил. Она постоянно меняла квартиры, так что можно было предположить, что он каждый раз тратит немало времени и денег, обзванивая комедийные клубы, чтобы ее разыскать. Он не говорил ей, где он. И Патрисии тоже не говорил, потому что боялся, что она проболтается Миранде, а та его выдаст властям. Если бы не призрачная вероятность, что туркам по-прежнему интересна его персона, она бы придумала, как разыскать его и удавить. Но когда все остальное утратило ценность, осталась всего одна вещь, к которой Миранда испытывала хоть какое-то уважение: жизнь. Она ценила и уважала жизнь с семи лет, и даже однажды в саду попыталась оживить грушу, оснастив ее тем, что на ее детский взгляд могло бы сойти за внутренние органы: орехи – вместо мозгов, трава – вместо кишок.

Их последний разговор с Даном мало чем отличался от всех предыдущих:

– Алло?

В трубке – статическое шипение, которое продолжается до тех пор, пока она не соображает, кто это.

– А, это ты. Ну, рассказывай, как дела. Что у тебя нового-интересного? Может быть, ногу сломал или тебя молнией шандарахнуло?

– Нет. Теперь со мной ничего такого не происходит. Я поменял имя.

– И?

– И все поменялось.

Миранда знала, что в перемене имени есть свои преимущества. Собственно, поэтому она и поменяла свое.

– У меня все отлично. Никаких метеоритов. Никаких признаков приближения иракской армии.

– И как тебя теперь зовут?

– Не скажу. Это ты меня обозвала Дан Тридцать Три Несчастья.

Миранда честно попыталась припомнить; наверное, это говорит о душевной черствости, когда ты не можешь вспомнить, как ты сломал чью-то жизнь. Но тогда было столько всего интересного, столько всего, что казалось по-настоящему важным – столько пищи для ненасытной пытливой души, – что она просто забыла. Собственно, это и неудивительно. Все неважное всегда забывается.

Она молчала в трубку, очень надеясь, что Дан звонит издалека и этот звонок встанет ему в копеечку.

– Алло? Ты здесь?

– Зачем ты мне звонишь, Дан?

– Хочешь услышать правду?

– Давай попробуем.

– Хочу послушать, как ты будешь жаловаться на жизнь. Ты всегда была самой крутой в семье, но когда-нибудь ты сломаешься. Я очень хочу послушать, как ты будешь рыдать и заламывать руки. Конечно, ты будешь бодриться, но когда-нибудь я тебе позвоню и пойму, что тебе очень плохо.

– Кажется, у тебя снова обломы, Дан.

– У меня-то нет. А вот ты уже села в автобус до деревни Большие Обломы. Все к тому и идет. Может быть, когда я в следующий раз позвоню, кто-нибудь со слезами в голосе сообщит мне, что ты покончила самоубийством.

– Олд-Кент-роуд.

– Эдинбург.

– Кувейт.

– Эдинбург.

– Кувейт.

– Эдинбург.

Она была в равной степени удивлена, что ввязалась в этот обмен любезностями, и полна твердой решимости оставить последнее слово за собой. Но при попытке выкрикнуть очередной «Кувейт» она случайно оборвала связь.

* * *

– Ну что, – сказала Патрисия. – Может быть, в гости заглянешь? Как-нибудь вечерком?

Они очень даже приятно поговорили, гораздо приятнее, чем Миранда имела желание признать.

– Лучше не надо. Хорошего понемножку. – Она не хотела, чтобы это прозвучало так резко, но отступать было поздно. Но она все-таки записала адрес сестры.

Она разыскала контору продюсера, где в приемной сидела суровая секретарша, которая, как и большинство секретарш в приемной, была недовольна своей работой и мечтала о чем-то большем. Она не поверила, что Миранде назначена встреча, и ее можно было понять, поскольку продюсера не было и в помине. Последнее, кстати, окончательно убедило Миранду, что это не идиотский розыгрыш. Было бы странно и противоестественно, если бы продюсер ждал ее на пороге, дабы вручить ей ключи от дверей к славе.

– Ходят тут всякие, – буркнула секретарша, которая была француженкой. Миранду обуял показательный гнев. В силу национальной особенности, у британцев патологически не получается быть грубыми; они могут быть черствыми, резкими, раздражительными и злыми, неотзывчивыми, вспыльчивыми и крикливыми, но они никогда не позволят себе откровенную грубость. Французам же грубость, напротив, дается легко и непринужденно, и по какой-то неисследованной причине (во всяком случае, Миранда не слышала, чтобы кто-нибудь проводил исследования в этой области) французские женщины были гораздо грубее мужчин.

Существует три основных приема для схватки с жизнью. Первый можно условно назвать «гибкий стебель»: техника тряпичной куклы – ты ловишь разящий кулак судьбы в мягкую рукавицу, прогибаешься под ударом, так что кулак тебя не касается или, если касается, то не пробивает, а увязает. Таким образом ты избегаешь горьких разочарований и жестоких обломов и побеждаешь посредством покорности. Наверное, в этом есть смысл, но Миранду подобный подход не прикалывал.

Второй метод – прямо противоположный первому. Вместо гибкого стебля – ниндзя-викинг-стрелок-в-по-единке-со-смертью. Школа крутого-бесстрашного-воина– тысяча-приседаний-в-день, которая учит встречать всякий вызов любым оружием, имеющимся в наличии, потому что бесстрашный-крутой-и-так-далее не отступает и не уклоняется от борьбы, пусть даже с таким незначительным и ничтожным противником, как наглая секретарша-француженка, потому что уйти от драки – значит проявить слабость и тем самым подорвать боевой дух, что в конце концов приведет к полному поражению. Однако Миранда на собственном опыте поняла, что тяжелая артиллерия и шквальный огонь, хотя и являются эффективным средством, далеко не всегда приносят желанные результаты.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию