Продавцы теней - читать онлайн книгу. Автор: Марина Друбецкая, Ольга Шумяцкая cтр.№ 62

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Продавцы теней | Автор книги - Марина Друбецкая , Ольга Шумяцкая

Cтраница 62
читать онлайн книги бесплатно

Навстречу им уже шел представитель канцелярии Двора, учтивый молодой человек со специфическим обнимающим и приглаживающим взглядом, который будто отряхивал с визави пылинки, разглаживал случайные складки на костюме — готовил к выходу на истинную сцену, к истинным огням рампы.

— Сергей Борисович, приятно познакомиться! Пожалуйте сюда. Вас уже ждут. — Он открыл дверь царской ложи и пропустил вперед Долгорукого и Эйсбара.

Царь стоял за спинкой кресла, в котором сидела Александра Федоровна. Наследник, вытянувшийся подросток, блестел глазами в глубине полутемной ложи. Из принцесс была только младшая, 21-летняя Анастасия. Императрица встала, чтобы быть вровень с мужчинами. Принцесса выступила вперед. На ярком свету ее лицо казалось теплым, кремово-сливочным.

— Пожалуйста, Сергей Борисович. — И она протянула ему серебряный, искусно сплетенный ошейник и поводок из мягкой свиной кожи с серебряными бляшками. — Мы с сестрами хотели передать… для спаниеля.

Эйсбар в замешательстве взял ошейник. Он не знал, как благодарят принцесс за подарки. Императрица натужно улыбнулась и пожала плечами. Поступок принцессы был слишком эксцентричен.

— Ваш талант — достояние российской культуры, Сергей Борисович, — заговорил император. — Мы не могли себе представить, что синематографический экран может быть полотном, равным великому европейскому живописному искусству.

Эйсбар еще раз поклонился. Он слушал, но на самом деле не мог оторваться от хрупкого лица Алике. Оно было освещено сзади ярким светом из партера, а впереди — маленькой подсветкой от бриллиантов в уборе и оттого казалось прозрачным. Черты его повторялись в столь же тонком абрисе лица дочери.

Эйсбар подумал о том, что выставить так свет на съемочной площадке было бы очень непросто. А Долгорукий уже теребил его за рукав. Аудиенция была окончена.

Они вышли на площадь. У Эйсбара слегка кружилась голова. Все, что происходило последние два часа, казалось нереальным. И этот последний кадр: обращенные к нему улыбающиеся лица царя и царицы.

— Медам! Месье! Прошу в авто! Занимайте места! — раздавались голоса проворных юношей-распорядителей.

Подскочил Метелица, потащил их с Долгоруким к автомобилю, распахнул дверцу.

— Куда? — недовольным тоном спросил Эйсбар. — Мы не договорили про сон «ворона». Где негатив?

— Помилуйте, Сергей Борисович, как это «куда»? — удивился Долгорукий. — На прием, конечно! А про сон и про сны поговорим не сегодня.

Эйсбар сжал кулаки, но сдержался. Прием… Какая глупость! Бессмысленное времяпрепровождение. Но Метелица уже заталкивал его в авто.

Прием по случаю премьеры «Защиты Зимнего» был устроен на парусном корабле, пришвартованном у Дворцовой набережной. Хотели делать банкет на крейсере «Аврора», но передумали: тесно, да и для дам неприятно — все-таки военный корабль.

Эйсбар взбежал по трапу на палубу и тут же оказался в водовороте светской толпы. Кто-то сунул ему в руку бокал шампанского. Кто-то лез чокаться. Кто-то — целоваться. Он брезгливо отстранялся, но толпа уже несла его куда-то, увлекала, обволакивала, сжимала со всех сторон, приподнимала над землей. «Сергей Борисович, вы!..» — выдыхала восторженная и жадная толпа, желающая полностью владеть им так же, как он полчаса назад владел ею. И он поддавался этому желанию, поддавался против воли.

Несмотря на осенний промозглый холод, по палубам ходили юноши в античных туниках и доспехах, будто вышедшие из кадра «Защиты Зимнего».

Его внесли в кают-компанию, где был накрыт длинный стол, и он, вспомнив, что сегодня ничего не ел, почувствовал, как проголодался. Хотел остановиться у стола, но его несло дальше. В углу возвышался Жоринька, рядом с ним стояли Лизхен и Долгорукий, целующий ей руку. У окна Зарецкая говорила с каким-то пожилым господином, и он на ходу поймал обрывок их разговора:

— Русский Холливуд… Ялта… Ожогин… Звала на премьеру, но…

Дальше, дальше! Его снова вынесло на палубу, и он удивился, обнаружив, что корабль, освещенный множеством огней, отошел от берега и плывет мимо Адмиралтейства. Он глубоко вдохнул свежий воздух. Хорошо! Заметив невдалеке узкую дверку, он сделал рывок, пробкой выскочил из толпы и скрылся за дверью. Перед ним тек красноковровый коридор с лаковыми дверями кают по обе стороны. Он устало побрел по коридору. Навстречу шла разудалая компания, в центре которой вышагивал Жорж Александриди — почти обнаженный, в белой тунике с золотой каймой. На стриженой башке — бутафорский шлем. Пьяная компания прыгала вокруг него и кричала «Эвоэ!» и «Эйдос!», хотя никаким эйдосом тут не пахло.

— A-а, Эйсбар! — воскликнул Жорж, увидев Эйсбара. — Ну как, похож я на ваших ополченцев? С лакея снял, — пояснил он, отвечая на немой вопрос Эйсбара. — И заметьте, отдал мальчонке собственную фрачную пару, совершенно безвозмездно!

Болтая, Жоринька застывал то в позе дискобола, то метателя копья, то закидывал руки за голову, то разворачивал плечи, то напрягал мышцы, демонстрируя идеальные сочленения и пропорции словно выточенного резцом Праксителя тела. Эйсбар молчал. А тот уже бросил кривляться и, схватив Эйсбара за рукав, тащил его за собой.

— С нами, Эйсбар, с нами! Веселиться! Хотел позвать Лизхен, да устыдился.

— Это вы-то? — насмешливо спросил Эйсбар.

— А что, я, по-вашему, не человек? — обиженным голосом заныл Жорж и тут же, наклонившись к уху Эйсбара, заговорщицки прошептал: — Да на черта нам Лизхен! Хорошо, подвернулся Долгорукий. Я ей говорю: «Мамуся, оставляю тебя в надежных руках!»

Открылась лаковая дверь, и Жоринька втолкнул Эйсбара в каюту. Внутри было почти темно. Лишь две настольные лампы горели в углах. На диванах и креслах валялись томные фигуры. Жоринька бегал от дивана к дивану, демонстрируя тунику. Потом повалился на ковер.

— Эйсбар! — крикнул он. — Что вы торчите, как Эверест! Садитесь!

Жоринька полулежал, согнув одну ногу в колене и бросив на нее расслабленную руку, а локтем другой руки опираясь об пол. Эйсбар опустился рядом с ним. За сегодняшний вечер он устал сопротивляться. Он хотел покоя, а покой для него — смотреть и взглядом трансформировать мир. Прищурившись, он скользил взглядом по телу Жориньки, распластавшемуся перед ним в позе профессионального натурщика, и опытным глазом отмечал движения света и тени, углы и наклоны. Что-то ему не понравилось. Он потянулся, снял с низкого столика настольную лампу и поднес к лицу Жориньки, переместил лампу вправо, влево, поднял повыше, наконец поставил на пол. Лицо Жориньки осветилось странным светом, словно вспыхнуло в темноте. Он смотрел на Эйсбара диковатыми, белыми в свете лампы глазами и ухмылялся.

— Хорошо, — прошептал Эйсбар. — Вот так. Хорошо.

— Говорят, вы получили высочайший подарочек, Эйсбар? — Губы Жориньки змеились на лице, будто сделанном из папье-маше. — Ошейник? А вот вам подарочек с Олимпа!

И он сунул Эйсбару под нос тыльную сторону ладони, вымазанную белым порошком. Эйсбар хотел оттолкнуть его руку, но сделал непроизвольный вдох. В носу защекотало. Комната покачнулась и вмиг изменила очертания, став сначала восьмиугольной, а потом круглой. На голове Жоржа выросли маленькие рожки. На ногах появились копытца. Лицо сморщилось, и наружу хлопьями полезла седая борода. «Фавн!» — прошептал Эйсбар и захохотал, запрокинув голову и сотрясаясь всем телом. Он хохотал все громче и громче. Слезы лились у него из глаз. К горлу подкатывала икота. Тело стало легким, почти невесомым. Грудь распирало веселье. Теперь он точно знал, что все возможно, а раз так, то можно тоже все.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению