Клеопатра и Антоний. Роковая царица - читать онлайн книгу. Автор: Наталья Павлищева cтр.№ 56

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Клеопатра и Антоний. Роковая царица | Автор книги - Наталья Павлищева

Cтраница 56
читать онлайн книги бесплатно

В комнату к едва живой царице пришел Прокулей, сумевший перехватить кинжал в ее руке.

— Зачем ты удержал мою руку?

— Ты поступаешь нечестно, не позволяя Октавиану проявить свое милосердие. Посмотри, жители Александрии довольны новым правителем.

Клеопатру меньше всего интересовало, чем довольны, а чем недовольны жители Александрии, приветствовавшие римлянина восторженными криками. Ее интересовали только дети. Где они, что с ними? А еще Цезарион.

— Почему ты не ешь?

— Я не хочу жить.

— Клеопатра, посмотри, — Прокулей позвал царицу к окну. Она покачала головой в знак отказа вставать с постели. Тогда римлянин позвал Ираду. Та подчинилась, подошла и вскрикнула, увидев что-то за окном.

— Что?

— Там… там… Божественная, там Александр, Клеопатра и Птолемей!

Клеопатра метнулась к окну. По дорожке сада действительно вели ее детей, которые должны быть скрыты жрецами в храме! Ее малыши в руках у Октавиана?!

— Я хочу видеть Октавиана!

— Давно бы так, — согласился Прокулей.

— Божественная, тебя надо привести в порядок.

— Нет, Хармиона, я буду, как есть. Вид несчастной матери может тронуть сердце римлянина.

Октавиан с интересом смотрел на ту, с которой столько лет вынужден был бороться. Даже сейчас в этой измученной бедами, страхом, неизвестностью женщине чувствовалось что-то такое, что заставило консула приветствовать ее как царицу. Но Клеопатре было все равно.

— Где мои дети? Что с ними будет?

— Ты говоришь о младших? Мы нашли их. Вернее, искать не пришлось, жрецы сами привели. Знаешь, жрецы тоже любят жизнь. К тому же нашим солдатам не слишком страшны ваши боги…

— Ты можешь забрать все сокровища Птолемеев, оставь жизнь детям.

Октавиан прищурил глаза, вот ее слабое место, она, как любая наседка, больше всего боится за детей. Консулу больше всего хотелось провести надменную царицу за своей колесницей в цепях по Риму, а только потом казнить. А чтобы она не лишила себя жизни сама, он был готов обещать сохранить жизнь трем отпрыскам ее и Антония.

— Я не собирался убивать твоих детей, я не варвар.

— А Антилла?

Октавиан поморщился, видно, царице рассказали о казни мальчика. Но к чему ему ребенок Антония? Этот звереныш вырос и стал бы мстить за отца. К чему лишние неприятности? Он и этих детей не собирался оставлять в живых или хотя бы на свободе. Пройдут вместе с матерью в цепях, а потом будут проданы на рынке. Это тоже стоит удовольствия — увидеть, как на шейки детей Антония надевают ошейники рабов!

— Тебя не интересует судьба твоего старшего сына?

— Кого?

По тому, как мгновенно побелело лицо Клеопатры, он понял, что она ничего не знает ни о сгоревших кораблях, ни о предательстве Родона.

— Куда ты отправила своего цезареныша? В Беренику? А зачем? Кораблей там все равно нет, их по просьбе Ирода, вернее, за его деньги, сожгли бедуины.

Клеопатра пыталась что-то сказать и не могла. Октавиан с насмешкой наблюдал за мучениями матери. Наконец, ей удалось выдавить хриплым голосом:

— А Цезарион?

— Его сегодня казнили. Два наследника Цезаря — это слишком много.

— Не-ет…

Октавиан уже встал и направился к двери. Его голос был жесток:

— Если не хочешь, чтобы это же случилось с остальными, не будешь делать глупости. Ты мне нужна живой!

Она безмолвно плакала, глядя ему вслед. Цезариона казнили, ее мальчика… Ирод подкупил бедуинов, а Родон предал своего воспитанника…

Но самое страшное — в руках у Октавиана и малыши тоже! Четверо детей, и все погибнут из-за нее… Материнский стон разнесся по дворцу, заставив оглянуться многих, в том числе и Октавиана.

Точно раненая тигрица, подумал консул. Хорошо, что в жизни есть предатели вроде Ирода или того сморщенного раба, убиравшегося в храме, который пальчиком поманил центуриона и шепотом рассказал, что дети царицы в подземелье этого храма, но по утрам на рассвете их выводят подышать воздухом.

Жрецы сопротивлялись, пожалуй, в самом подземелье с ними справиться не смогли бы. Пришлось перебить всех, зато дети живы, и это хороший предмет торга с царицей. Октавиан побаивался слишком жестоко обходиться с ней и детьми здесь, в Александрии, мало ли какие силы еще прячутся в подземельях? Здесь он будет вежлив и обходителен, все изменится на корабле, там змея и змееныши будут немедленно закованы в цепи.

Клеопатра действительно металась, как раненая тигрица, весь день. Она не верила Октавиану, то есть не верила, что он, убив Антилла, оставит в живых ее малышей. Они тоже дети Марка Антония, к чему жалеть? Нет, и сама царица, и ее дети нужны, только чтобы провести в цепях за колесницей. Плачь, умоляй, ползай в ногах, кричи, проклинай — ничто не спасет теперь.

И Цезарион казнен… Новый стон потряс дворец… Цезарион, ее надежда, нет, не на спасение, а на продолжение династии, сын Цезаря… А убит по приказу приемного сына того же Цезаря. Ах, Цезарь, Цезарь, что же ты наделал!

Вяло проползла мысль, что это не Цезарь, а она сама. Петубаст твердил, что она погубит и себя, и Марка Антония, и детей. Не только Петубаст, но и жрецы тоже… Она не слушала, все хотела сама, со всем справиться сама.

Вспомнился Петубаст, который совершенно некстати зачем-то уехал в Индию. Все бросили, никого больше нет. Марк Антоний мертв, Цезариона казнили, Петубаст уехал… Пора бы и ей, только как? И дело не в том, что убьют детей, их все равно убьют. Просто Октавиан приставил столько охраны, что и муха не пролетит. Не уйдешь, не бросишься в море, не изведешь себя голодом… Ничего нельзя. Неужели и правда придется, спотыкаясь, под дикое улюлюканье восторженной толпы идти в цепях за колесницей победителя?

Совсем стемнело, задумавшись, Клеопатра даже не заметила этого. Она уже не рычала, не стонала, просто сидела, вспоминая, кто из малышей пошел первым, кто какое слово сказал, кто на кого больше похож. По всему выходило, что раньше всех пошел, стал говорить, читать, что самый разумный и ловкий, самый сильный в таком же возрасте, как сейчас малыши, был Цезарион. Неудивительно, он сын Великого Цезаря.

На глазах у Клеопатры невольно выступили слезы. Был сын…

И вдруг у двери она краем глаза заметила шевеление. Там словно из воздуха возник… Петубаст!

— Ты?! Откуда ты здесь? Как тебе удалось пройти?

— Ты забыла, кто я. — Петубаст нахмурился, заметив, как блеснула надежда во взгляде царицы. — Но я не помогать тебе пришел.

— Петубаст… скажи… Цезарион?

— Твой сын жив, и он в безопасности.

— Но Октавиан сказал…

— Похожих людей на свете очень много, у убитого не было скарабея с лишней лапкой…

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению