Превращение - читать онлайн книгу. Автор: Кэрол Берг cтр.№ 2

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Превращение | Автор книги - Кэрол Берг

Cтраница 2
читать онлайн книги бесплатно

Принц похлопал по руке одного из своих разодетых компаньонов.

– Заплати торговцу, Вейни. И почему бы тебе не доставить раба во дворец? Если б не шрамы, он был бы куда красивее тебя. Он будет неплохо смотреться в моих покоях, как ты думаешь?

Рябой, со скошенным подбородком юнец в голубых шелках и павлиньих перьях от неприятного изумления разинул рот. И не мудрено. Одной фразой принца лорд Вейни был напрочь изгнан из высшего общества Дерзи. И дело было не в том, что его публично унизили обсуждением его внешности – его вслух назвали погонщиком рабов: это занятие было чуть почетнее, чем профессия сжигателя трупов и немного менее почетно сдирания шкур с мертвых животных. Принц развернулся и вышел из загона, а юнец с безвольным подбородком вытащил кошелек и кинул к ногам купца монеты. Вид у него был такой, будто он проглотил незрелый дакфрут. Так Александр с невероятной легкостью в какие-то пять минут унизил достоинство приятеля, оскорбил почтенного торговца и надул влиятельного барона.

Раб не загадывает будущее наперед более чем на час. Вместо того чтобы провести весь день на холоде, прикованным к стене загона для продажи рабов, у меня появилась перспектива получить одежду и крышу над головой уже сейчас. Неплохо. Гораздо лучше того, что бывало.

Но, как зачастую происходило в следующие месяцы, я был вынужден расплачиваться за легкомыслие Александра. Обозленный торговец заявил, что у него нет времени снимать ошейник-удавку и ручные и ножные кандалы, надевавшиеся специально, чтобы обезопасить деликатных дам-покупательниц, он также отказался дать мне какую-либо одежду, кроме набедренной повязки.

Мое путешествие через многолюдный многонациональный город, голым, под ледяным дождем, едва поспевающим за лошадью лорда Вейни, следует поставить в один ряд с самыми нелепыми событиями моей долгой жизни в рабстве.

А что до лорда с безвольным подбородком… вверять жизнь раба заботам человека, считающего себя смертельно оскорбленным его хозяином, наверняка означает массу неприятностей для раба. Особенно, если этот оскорбленный полагает себя человеком умным без всяких на то оснований.

Вместо того чтобы отвести меня к надсмотрщику принца, лорд Вейни притащил меня в дворцовую кузницу и приказал кузнецу поставить мне королевское клеймо. На лице.

Я задохнулся от ужаса. В те дни, когда нас завоевали, всех рабов клеймили имперским знаком креста в круге, но клеймо ставили либо на плечо, как и было у меня, либо на бедро. Но на лицо – никогда.

– Он беглый? – поинтересовался кузнец. – Принц Александр клеймит так только беглых. Он не любит портить внешний вид даже тех, что работают в шахтах.

– Нет, я не… – запротестовал я, но Вейни не дал мне договорить, ударив бруском железа, который он вертел в руках с того момента, как зашел в кузницу.

– Видишь следы порки? Видишь, он закован, как бешеный зверь? Конечно, он беглый.

– Он ведь эззариец. Дурган говорит…

– Ты что, веришь во всю эту магическую чушь? Единственное чудо произойдет, когда я вырву тебе язык за непослушание. Давай, приступай.

Я нетвердо стоял на ногах после удара Вейни, но вскоре пожалел, что он не ударил меня сильнее. Знакомый со вкусами принца и так и не убежденный до конца, кузнец взял самое маленькое клеймо, чтобы запечатлеть его на моей левой щеке. Кусок железа побольше прожег бы меня до зубов и костей, а нарыв прикончил бы то, что осталось бы от здоровой плоти. Но тогда мне было не до благодарности.

Я оказался в Летнем Императорском дворце посреди зимы, на покрытом соломой полу помещения для рабов, дрожащий, полуобезумевший от боли. Меня рвало.


Дородный надсмотрщик, бородатый плосколицый манганарец, который сам себя называл Дурганом, озадаченно взирал на меня сверху вниз.

– Это еще что такое? Мне говорили о рабе для покоев принца, а не о беглом, который не годится ни на что, кроме шахт.

Я был не в состоянии рассказывать ему о попытке Вейни взять реванш и его мудром плане по расстройству заключенной принцем сделки.

– Это единственный раб, купленный сегодня. Лорд Вейни сказал… – Подручный кузнеца, который привел меня сюда из кузни, едва не проглотил язык от страха, когда Дурган раскрыл рот.

– Дьяволы! – заревел он. – Вейни! Кузнец клеймит домашнего раба принца по приказу болвана, который не может справить нужды не обмочив штанов! – Надсмотрщик был готов рвать на себе волосы. – Передай своему хозяину, кузнецу, он не смеет, не смеет никогда клеймить рабов, если только это не личный приказ принца или мой собственный приказ. Мне было велено вымыть этого раба и послать прислуживать за ужином. А теперь, посмотрите-ка на него!

Должно быть, вид у меня был не из лучших. Меня в очередной раз вывернуло.

– Но хозяин, по крайней мере, был аккуратен, – промямлил мальчишка, пятясь к двери. – Он ведь не сильно его попортил, правда?

– На твоем месте я не рассчитывал бы, что долго протяну после своего четырнадцатилетия. Убирайся. У меня работа.

Полчаса спустя я карабкался по черной лестнице дворца с чудовищно тяжелым подносом, на котором покоилось блюдо очищенных фруктов, посыпанные корицей печенья, круг вонючего азахского сыра и чайник горячего назрила, дерзийского чая, от которого пахло, как от горелой соломы. Каждые несколько шагов я вынужден был делать остановку, пытаясь разогнать туман в голове, успокоить желудок и как-то преодолеть жгучую боль в щеке.

На мне была простая белая туника без рукавов, спадавшая до колен: принц ненавидел вид открытых ран и кровоточащих шрамов. Обычно в Дерзийской империи рабов мужского пола одевали в фензеи, короткие свободные штаны, без всякой рубахи. Это было традицией пустыни, малоприятной для всех тех, кого обратили в рабство в северных горных частях страны. Туника была не намного теплее, но все-таки прикрывала больше.

Как это ни странно, но основной проблемой для Дургана стали мои волосы. Бороды у меня не было, у эззарийцев, как и у многих других народов, борода просто не растет. Но, в отличие от большинства рабов Империи, у меня были длинные волосы, отпущенные по приказу дочери барона. Дурган хотел состричь их, но побоялся, что тогда след ожога и кровоподтеки, оставленные железным брусом Вейни станут еще заметнее. Так что он завязал мне волосы сбоку (но, разумеется, не собрал в косу – только благородные воины заплетали сбоку косу), в надежде, что так он сможет скрыть следы дурости Вейни. Он наложил мне мазь на ожог, что вовсе не было признаком сочувствия. Надсмотрщик просто мечтал дожить до следующего утра.

– А, ужин! – воскликнул принц, когда я прошел через украшенные золотыми листьями двери в пышную гостиную.

Я поклонился, неловко из-за подноса в руках, и мысленно поздравил себя с тем, что мне удалось выпрямиться, а не растянуться во весь рост. В комнате было несколько человек. Трое мужчин и две женщины сидели на подушках вокруг низенького столика, увлеченные игрой в ульяты, азартной дерзийской игрой, в которой использовались раскрашенные камешки и деревянные колышки, а также проливалось немало крови. Не глядя ни на кого, я поставил поднос на другой низкий столик, вокруг которого были разложены синие и красные шелковые подушки. Надсмотрщик особенно настаивал на том, чтобы я не глазел по сторонам. Я понятия не имел, является ли это требованием дворцового этикета или всего лишь способом скрыть сочащуюся раздутую язву на моей щеке.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению