Станет ли Путин новым Сталиным? - читать онлайн книгу. Автор: Максим Калашников cтр.№ 10

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Станет ли Путин новым Сталиным? | Автор книги - Максим Калашников

Cтраница 10
читать онлайн книги бесплатно

Если бы эти же деньги просто пустили бы на самое простое – строительство нового жилья, и если считать, что с созданием всей инфраструктуры/коммуникаций квадратный метр жилья обошелся бы в тысячу долларов, то выйдет: можно было построить 250 млн. квадратных метров. Если считать, что на одного человека достаточно комнаты в 10 квадратных метров, то это – крыша над головой для 2,5 миллионов граждан РФ. То есть, можно было бы дать квартиры всем офицерам, да еще и молодежи – чтобы детей заводили. Но эти деньги просто выбросили в никуда.

Такого не было даже при Брежневе. Я жил тогда и отлично помню, сколько тогда строилось новых автодорог, железных магистралей, электростанций и заводов. Сколько новых гражданских кораблей спускалось на воду.

«…Пик дорожного строительства в СССР приходится на 60 – 70-е годы. Начинается выделение значительных средств на дорожное строительство, дорожники получают современную технику. В 1962 году вводится в эксплуатацию МКАД, протяженностью 109 километров. В целом в Российской Федерации (РСФСР. – М.К.) в 1959–1965 годах протяженность дорог с твердым покрытием увеличилась на 81,2 тысячи километров, 37 тысяч километров из них имели усовершенствованные покрытия. В эти же годы были построены дороги Кашира-Воронеж, ВоронежСаратов, Воронеж-Шахты, Саратов-Балашов, ВладимирИваново, Свердловск-Челябинск, и ряд других.

Интенсивное дорожное строительство продолжалось и в 70–80 годы. В результате в 1990 году сеть дорог общего пользования в РСФСР составляла 455,4 тысячи километров, в том числе – 41 тысячу километров дорог общегосударственного и 57,6 тысячи километров республиканского значения…» – читаем на сайте «Росавтодора». (http://rosavtodor.ru/doc/history/hystory1.htm)

А сегодня в РФ строится максимум одна тысяча километров асфальтовых шоссе в год.

Все это – при всех просчетах брежневского «нефтяного социализма» – давало русским миллионы рабочих мест. Я не забыл, как в семидесятые и в начале 80-х год от года улучшалась не военная, а бытовая электроника на прилавках, как Союз производил все более новую технику. Ведь именно в те годы сильно шагнула вперед отечественная электроника. Помню, как тогда радикально обновляется авиапарк страны, как в реальность входят новые авиалайнеры и вертолеты отечественного производства. А какой рывок делает «оборонка»! Именно тогда создаются все те образцы современного оружия, коими до сих пор торгует РФ.

А что сейчас? При Путине 12 лет по заказу Индии длилось переоборудование авианесущего крейсера «Адмирал Горшков» в авианосец «Викрамадитья», и в итоге все кончилось позорищем: отказом котлов ходовой установки на испытаниях! Глубина деградации РФ в промышленном и технологическом планах просто пугающая. Мы теперь не можем делать даже того, что мог СССР.


Чтобы представить себе, в какую задницу национальной неконкурентоспособности и полной никчемности загнали страну Ельцин и Путин, приведу еще один пример.

Некоторые книги читаешь как памятники древней высокоразвитой цивилизации. Листаю справочник «Вся Москва 1990/1991 гг.»

Оказывается, еще в 1989 году Москва выступала одним из мировых промышленных центров, а концентрация в ней индустрии не уступала европейским странам с 10-миллионным населением.

«Сегодня промышленность города носит крупномасштабный многоотраслевой характер. Это около тысячи производственных объединений, заводов, комбинатов, фабрик, типографий…»

В силу того, что в самой Москве нет своих минерально-сырьевых ресурсов, топлива и ограничено производство энергии, этим «определяется преимущественное развитие нематериалоемких и неэнергоемких отраслей.

В последние годы ярко выраженный приоритет получают наукоемкие отрасли, тесно связанные с научной, проектно-конструкторской и промышленной интеграцией, научно-промышленные объединения. Преимущественной специализацией стало производство прогрессивных видов машин, оборудования, приборов, аппаратов, средств автоматизации и вычислительной техники, включая промышленные роботы. Развивается выпуск новых конструкционных материалов-пластмасс, синтетических волокон, специальных сталей и сплавов, строительных материалов. Химическая промышленность представлена реактивами, фармацевтическими препаратами, моющими средствами.

О приоритетах говорят следующие данные. По сравнению с 1970 г. объем промышленного производства в Москве удвоился в 1987 г. За этот же период выпуск продукции машиностроения и металлообработки возрос в 3,4 раза. А внутри этого подразделения опережающими темпами развивались приборостроение – в 3,9 раза и станкостроение и инструментальная промышленность – более чем в 4 раза…»

Н-да! Полезно сравнить «застойный» период Москвы-столицы СССР и ее наукоемко-промышленный, высокотехнологический рост всего за 17 лет (1970–1987 гг.) с двадцатью годами постсоветской Москвы – гламурной шлюхи и бездельницы. И чего расейская Москва стала за эти годы производить больше? Ну, разве что отходов, воров, проституток и бюрократических бумаг. В Москве 1989го работали уже практически безлюдные, роботизированные производства – как некоторые цеха на Лианозовском электромеханическом. Все познается в сравнении.


«На предприятиях города растет производство станков с числовым программным управлением, автоматических и полуавтоматических линий для различных отраслей производства, обрабатывающих центров, гибких производственных модулей, персональных ЭВМ, современных средств связи, автоматической аппаратуры, предназначенной для научных исследований, контрольно-измерительных приборов. В городе выпускаются грузовые и легковые автомобили, троллейбусы, речные суда, сельскохозяйственные машины. Достаточно широким остается ассортимент товаров народного потребления, включая сложную бытовую технику.

По многим выпускаемым изделиям на предприятиях города проходит весь цикл их изготовления от научной разработки и конструирования опытного образца до серийного производства. Машиностроение характеризуется завершающими стадиями производства, головными предприятиями…

На основе глубокой интеграции с научными учреждениями функционируют предприятия радиотехнической и электротехнической промышленности, приборостроения…

…О народнохозяйственной значимости московской промышленности говорит тот факт, что в городе (1989 года. – М.К.) производится каждый шестой выпускаемый в стране металлорежущий станок, в том числе каждый четвертый станок с числовым программным управлением, почти каждый четвертый промышленный робот, каждый седьмой легковой автомобиль, каждый восьмой телевизор цветного изображения, 7 % колбасных изделий и цельномолочной продукции, 6 % всех видов тканей. Только в течение одного дня в Москве изготовляется 732 двигателя переменного тока, 33 станка, с учетом кузнечно-прессовых машин, на 1,1 млн. рублей приборов, средств автоматизации и вычислительной техники… 130 центробежных насосов, 500 легковых автомобилей, почти 2 миллиона квадратных метров ткани, 608 бытовых холодильников, 415 стиральных машин, 860 радиоприемников, 2800 телевизоров, 40 тысяч штук часов…»

Господи, неужели это когда-то было, неужели Москва совсем недавно работала и давала стране нужные вещи, а не высасывала ее налогами, как паук муху? Да, это было. Можно добавить, что в Москве строились еще и вертолеты, и истребители – и была возможность делать там и гражданскую авиатехнику. До того, как к власти пришли недочеловеки, считающие, что в Москве должны быть только торгово-развлекательные центры и «экономика впечатлений» пополам с «элитной недвижимостью», здесь развивалась русская модель индустриализации. Та, при которой предприятия не выносятся в нищие замудонья-товарные, а остаются в мегаполисе. Так, чтобы рабочие и инженеры предприятий имели доступ к качественным школам, детским садам, клиникам, к библиотекам, центрам культуры. Так, чтобы производство было рядом с наукой и вузами, чтобы они питали друг друга, обеспечивая жизнеспособность всей цивилизации в целом. Москва и СССР избегали западного идиотизма «джентрификации» городов – изгнания их них высокоразвитой индустрии. И плевать на то, что московский рабочий обходился дорого: это объективно стимулировало переход на автоматизацию производств. Даже если и ввозилась сюда рабочая сила – так то были свои, русские, а не среднеазиаты.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению