Дезинсектор! - читать онлайн книгу. Автор: Уильям Сьюард Берроуз cтр.№ 10

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Дезинсектор! | Автор книги - Уильям Сьюард Берроуз

Cтраница 10
читать онлайн книги бесплатно

Мистер Андерсон был сух и нелюбезен.

— Чем могу служить мистер Сьюард?

— Мистер Андерсон читали ли вы мой трактат о возможности воспроизводства вируса вне клетки-носителя?

Мистер Андерсон сразу смутился.

— Нет боюсь что нет.

— Трактат имеет теоретический характер разумеется. Но я пришел сюда не для того чтобы обсуждать теории мистер Андерсон. Я пришел предупредить вас что воспроизводство вируса вне клетки-носителя уже началось. Если не будут приняты чрезвычайные меры немедленно… меры столь чрезвычайные что я не решаюсь вам сказать в чем они могут заключаться… если эти меры мистер Андерсон не будут приняты в течение максимум двух лет все мужское население этого района сократится до…

— Мистер Кепвелл сейчас примет вас, мистер Бентли. Будьте любезны сюда пожалуйста.

Неохотно я отложил журнал и пошел за ней по большому залу. Неплохая идея. История о том как кто-то читает рассказ о ком-то читающем рассказ о ком-то читающем рассказ. Возникло странное чувство, что я сам появлюсь в рассказе и что кто-то прочитает обо мне читающем историю в какой-то приемной. Пока я шел за ней по коридору слова которые я прочитал стали сдвигаться у меня в голове по своей воле словно это было… неуклонно сдвигаться к месту у моря… в отдалении собака лаяла из… этого места… заброшенный бассейн у подножья крутого склона… сад виллы… яркий ветер на опустевших рынках… наши тела отраженные… чеканка крутящаяся по воле Господних Ветров… В «Лебедь» пропустить пару пинт а? На следующей странице меня ожидали его кожаные груди… Смит Две Клешни стоял в дверях… Она не знала что ее педераст без гроша в кармане готовился повсюду… громче теперь звук чего-то навсегда… До чего именно будет сокращено мужское население района и какие «чрезвычайные меры» предлагал мистер Сьюард чтобы предотвратить сокращение? Возможно, удастся выпросить журнал у секретарши. Я чуть не рассмеялся от мысли что в конце концов мне придется трахнуть ее под тусклым ночным небом на берегу моря. Она повернулась и озарила меня улыбкой открывая дверь. Улыбка означала: «Желаю удачи. Он редкая сволочь». Так оно и было. Он смотрел словно пытался разглядеть мое лицо в телескоп.

— Да мистер эээ Бентли. — Очевидно он подозревал что я использую вымышленное имя. — Чем могу быть полезен?

— Мистер эээ Кепвелл чем вы можете быть полезны вашему собственному отражению много раз стертому конечно или другими словами что касается предмета ошибочности как часто в целом вы ошибаетесь?

— Боюсь я не вполне вас понимаю мистер Бентли.

— В таком случае поясню. Но сначала позвольте спросить принимали ли вы конкретные простейшие меры учитывая постоянно повторяющиеся раздражения первоначального вируса? Например, если чихнуть один раз это проходит без последствий в то время как если чихнуть тысячу раз подряд это может оказаться смертельным… обычная простуда мистер Кепвелл необычна на самом деле в этом климате и по этой причине покинете ли вы Панаму и вернетесь ли в Нью-Йорк — ваш долг знать а мой сообщить вам как будто это невидимый спутник в путешествии с особенно прискорбными и могу добавить разносторонними склонностями. Нет мистер Кепвелл это не коммунистический заговор. Это просто зеркальное отражение такого заговора много раз стертое и очевидное для вас потому что вы убеждены что это так. Вы знаете конечно что это обычная профилактическая мера убить корову пораженную ящуром и что разумная корова не будет сопротивляться этой процедуре если этой корове внушили соответствующее представление об обязательствах по отношению к бычьему сообществу в целом. Я ответил на ваш вопрос мистер Кепвелл?

Когда смотришь на курносый 38-й калибр видно пулю в глубине ствола. Это забавное ощущение много раз стертое.

— Мисс Бленкслип сейчас вас примет, мистер Томлинсон.

— С вашего позволения меня зовут Томпсон.

— О да мистер Томпсон будьте любезны следуйте за мной… Это в восточном крыле… Я проведу вас через охрану.

— Я правильно вас понял — мисс Бленкслип?

— Да она так и не вышла замуж, — сказал мальчик. — Говорят, у нее была большая любовная драма много лет назад в другой стране и кроме того ее нынешнее состояние делает супружество любопытной но маловероятной возможностью.

Мы шли по тому что напоминало заброшенную казарму или концлагерь… ржавая колючая проволока, бетонные траншеи и надолбы заросшие сорняками и плющом. Кое-где на бетоне осталась копоть давнего пожара. Мы прошли три поста охраны — мундиры расстегнуты, ржавые револьверы в кобурах позеленели от плесени. Они пропускали нас помахивая безжизненными желтыми пальцами. Кислый гнилостный смрад несвежей плоти и пота туманом повис в казарме.

— Запах по-прежнему остался. Понимаете, ветра не было с тех пор как…

Темнело. У меня возникло забавное ощущение, что я смотрю на самого себя сзади с расстояния в три фута. Много лет назад я изучал нечто, называвшееся, кажется, сайентологией. Словно через телескоп с большого расстояния я смог прочитать следующее: «Иными словами, два предмета из любой категории, расположенные друг против друга. Группируя, мы подразумеваем, конечно, что они стоят так сами по себе, словно их установил кто-то другой, кто-то другой, стоящий против кого-то еще, и все они установлены другими наблюдающими за другими». Зеркала, поставленные друг против друга передразнивают каждую пару, поставленную здесь следующим в очереди. Мы подошли к берегу бурого озера, озаренного карбидными фонарями. В неглубокой воде я разглядел крабовидных рыб, время от времени появлявшихся на поверхности и выпускавших пузыри застойной болотной вони. Странно раздутые уродливые деревья. В этом заброшенном месте собралось несколько оборванных солдат больных и грязных. Один вышел вперед и вручил мне старый «Уэбли» 455-го калибра. Офицер с ржавой спортивной винтовкой в руке отдал мне честь. Мы стояли перед чем-то вроде заброшенной казармы. Секретарь обернулся к нам с видом ярмарочного зазывалы:

— А теперь ребята проходите сюда вы увидите самое удивительное самое потрясающее чудовище всех времен. Когда-то она была прекрасной женщиной.

Он отпер дверь и мы вошли. Невыносимая странная вонь опалила легкие вцепилась в желудок. Несколько солдат проблевались в выцветшие платки. В центре пыльной комнаты стояла окруженная проволокой кабина, в которой что-то медленно шевелилось. У меня дико закружилась голова.

— Ты! Ты! Ты!

Это был конец строки.

Конец строки

Агент У.Е.9 возвращается из Лондона и обнаруживает, что в его конторе установлены подслушивающие устройства, его ассистент и техник И.С. на грани нервного срыва из-за бесконечных оскорблений и приставаний на улице. Ясно, что вражеские агенты не сидели сложа руки пока его не было. У.Е.9 анализирует ситуацию. Поскольку домогательства исходят от арабов, он должен найти человека, говорящего и пишущего по-арабски. Теперь, когда все события записаны, он должен отыскать писателя. Самый подходящий персонаж, конечно же, господин П., писатель. Действительно в некоторых оскорблениях заметны его стиль его манера. Арабы называют И.С. «сумасшедшей бабой». Над ним глумились на улицах и близок полный срыв, вроде того, что переживают европейцы в романах господина П. Между тем, господин П. говорит по-арабски, но не умеет писать. У.Е.9 должен найти агента, который пишет по-арабски, знает английский, способен изложить сюжеты мистера П. арабскими буквами и передать их по своим каналам. Для этого, разумеется, нужны фотографии. Между тем, много фотографий И.С. и дома номер 4 по улице Ларачи уже оказалось в руках неприятеля. Тот, кто просто транскрибирует на другом языке последовательность событий написанную или записанную на пленку — в данном случае несомненно записанную по-арабски — называется на профессиональном жаргоне «слепым писателем». Первой задачей У.Е.9 было найти «слепого писателя». Эти агенты всегда работают под прикрытием. «Ищи человека, с которым ты никогда не дружил и не враждовал, — всегда говорил Д.С., - или другими словами, если хочешь что-то спрятать, необходимо просто сделать неинтересным место, где это спрятано. Ищи того, кто не вызывает у тебя никаких чувств, кроме безразличия».

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению