Таверна трех обезьян - читать онлайн книгу. Автор: Хуан Бас cтр.№ 52

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Таверна трех обезьян | Автор книги - Хуан Бас

Cтраница 52
читать онлайн книги бесплатно

Поскольку я находился в положении безмолвного наблюдателя, Трини попросила меня сесть у нее за спиной, чтобы я мог видеть карты и быть ее талисманом. На мой взгляд, она придумала еще один способ вызвать ревность Лупаса, который, услышав ее приглашение, словно глотнул разреженного воздуха.

Немногословный старый пень в редких случаях обращался ко мне напрямую. Когда такая надобность возникала, он обходился безличными фразами. Кроме того, не стоит забывать, что Лупас в двух шагах ничего не видел. Не считая карт, которые он различал только уткнувшись в них носом, все прочее вокруг должно было казаться ему не более, чем ярким светом, слепившим слабые глаза, и темными враждебными силуэтами. Забирая банк, он каждый раз быстро подсчитывал в уме выигранную сумму и ощупывал каждую купюру.

Три первых круга на последнем этапе партии принесли барыш – правда, довольно скромный – Дерьмолапу, что его весьма воодушевило.

Самый большой убыток понес в тех же трех турах невозмутимый Пеп, который, получив по ушам несколько раз подряд, сказал, что уходит. Верный своим привычкам, он раскланялся со всеми с механической учтивостью и стремительно исчез, как будто за ним вдруг кто-то погнался. Возможно, он проиграл больше, чем мог себе позволить. Хотя с Красотулей никогда не бываешь уверен в подсчетах, нужно иметь очень хорошую память, чтобы запомнить все его выигрыши и проигрыши: немало времени у него уходило на перекладывание наличных денег, которые он то вынимал, то прятал обратно в карманы кошмарного кремового костюма.

Трини спросила, имеет ли смысл продолжать игру втроем, поскольку в такой поздний час больше никто уже не придет. Дерьмолап упорно настаивал на продолжении: он проиграл кучу денег и все еще хотел «взять этого слепца за яйца» и получить компенсацию за то, что тот надрал ему задницу раньше. Лупас промолчал, не реагируя на подначку. Учитывая, что за столом осталось всего трое, Дерьмолап попросил также выбросить из колоды младшие карты, чтобы повысить вероятность сильных рук. Договорились избавиться от мелочи ниже шестерок. Когда это проделали, Лупас положил в банк тысячу, велел остальным внести аналогичные ставки и сдал всем по две карты для смешанного варианта.

Три игрока, как и полагается, изучали свои карты с бесстрастными лицами. На следующем этапе Лупас вскрыл первую из общих карт: дама червей, на которую все поставили по тысяче. Тем временем Трини показала мне свои карты: пара тузов. При минимальном везении она выигрывала сдачу.

Лупас перевернул вторую: король пик; прорезался шанс составить масть. Дерьмолап со свойственной ему развязностью объявил, что короли его возбуждают, и поставил две тысячи: почти наверняка он имел на руках другого короля, и все. Очевидно, так же рассудил Лупас и не стал делать ставку при подобном раскладе, бросив карты под аккомпанемент обвинений в малодушии со стороны Дерьмолапа. Если на стол ляжет туз, Трини могла сильно огорчить стража порядка; она уравняла две тысячи.

Лупас показал третью карту: семерка, лопнули шансы на стрит. На семерку Дерьмолап поставил всего тысячу, Трини тоже.

Четвертая: туз! Трини под столом забарабанила по моей ноге длинными ногтями, покрытыми розовым лаком. Дерьмолап поставил пять тысяч; он был весь как на ладони и даже больше, у него прямо-таки на лбу горело: две пары – тузов и королей. Трини разнесет его в клочья своей тройкой. Как и подобало хорошему игроку, каким она являлась, она ничем не выдала своего преимущества и ограничилась тем, что уравняла пять тысяч.

Лупас открыл пятую карту: ни много ни мало еще один король! Дерьмолап не смог сдержать расплывающуюся на лице улыбку. Раунд обещал быть жарким. Я дал бы голову на отсечение, у служивого подобрался фулл королей и тузов; а Трини имела сильнейший фулл тузов и королей: ирония судьбы, но игра богата подобными сюрпризами. Единственный расклад, который мог бы побить ее руку – каре королей. Но если бы оно было у служивого, он не стал бы поднимать ставку при виде туза, который в таком случае не делал бы ему погоды.

Трини сидела совершенно неподвижно, словно маленькая пантера, изготовившаяся прыгнуть и разорвать яремную вену быка, который в этот момент пересчитывал наличные.

– Пятьдесят семь тысяч, дорогая хозяйка. Посмотрим, много ли у тебя пороха в пороховнице…

Сеньора Трини посмотрела на легавого с выражением сладким, почти блаженным.

– Вижу, ты уверен в себе, Бомбин. Но если так, может, прекратим забавы с наличными и поставим на что-нибудь другое, посерьезнее.

Дерьмолап неловко заерзал на стуле и почесал задницу; уверенная улыбка соскользнула с отекшего лица.

– А на что еще мы можем сыграть? У меня с собой денег больше нет. Сеньора Трини положила на стол пятьдесят семь тысяч, приговаривая, что это неважно. Она вручила мне две карты на хранение и попросила проследить, чтобы не случилось ничего непредвиденного, и вышла из кладовой, проворно зацокав каблучками.

Она исчезла всего на пару минут, и за это время никто не промолвил ни слова. Лупас по-прежнему хмурился. Он снял очки, чтобы протереть стекла, и я смог увидеть две затуманенные щелки – его больные глаза. Трини вернулась с документами в одной руке – бумаги были перевязаны безвкусной розовой лентой – и новой порцией коньяка для полиции в другой: она верно догадалась, что в ее отсутствие нервный Дерьмолап свой предыдущий бокал прикончил. Она развязала бант на ленте и показала документ: это был нотариальный акт, подтверждающий право собственности на «Плэйерс».

– Ставлю бар. Вот бумаги. Он свободен от закладных и прочих обязательств. Взамен я хочу, чтобы ты поставил известную тебе вещь…

Лупас повернул голову в сторону жены с выражением, ему не свойственным: это было лицо ребенка, испуганного и обрадованного одновременно. Трини посмотрела на него с бесконечной нежностью и погладила по колючей, плохо выбритой щеке. Впервые я наблюдал открытое проявление чувства между ними.

– Ну… ты же знаешь, я не могу ставить на это, – промямлил Дерьмолап. – Такое невозможно.

Он снял выцветший пиджак: огромные пятна пота расплывались под мышками. Присутствие пистолета за поясом стало еще более очевидным.

Трини выложила бумаги на середину стола, прямо на груду денег.

– А почему нет? Будет довольно, если ты положишь на стол ключ от сейфа. Если я выиграю, я сама его найду.

Страж порядка выпил еще и вспотел сильнее: бесчисленные капельки дрожали на пухлом втором подбородке. Он поколебался еще несколько мгновений, отрицательно качая башкой и сам того не сознавая.

– Ладно. В конце-то концов не все ли равно. Я тебя обыграю, лиса. Мне всегда хотелось иметь бар с девочками и уйти со службы.

Дерьмолап полностью распустил галстук и расстегнул воротник мятой рубахи. Одним рывком он выдернул серебряную цепочку, на которой висел ключ, вернее, ключик немногим больше того, каким обычно отпирают почтовые ящики.

– Вот он, золотой ключик. А теперь – смотри и плачь.

Он выложил на скатерть короля и туза, припечатав карты кулаком, и вдохнул полной грудью.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению