О Господи, меня сейчас стошнит, – подумала Нуцико и
отшвырнула тетрадь. Больше ни строчки не прочту. Надо сжечь к чертям эти дневники…
Но как это сделать, чтобы никто не заметил? И я все-таки не имею права сжечь их
без согласия Марго. Так вот, оказывается, что произошло у нее с Димой… Какая
гадость, какая неделикатность и даже хамство со стороны Саши. Он испугался, что
потеряет ее… Сломал ей жизнь, по сути, и Диме, похоже, заодно. Он вообще походя
ломал жизни, словно мстя за свою поломанную жизнь или просто из соллепсизма? Он
ведь и мне, когда я попыталась отойти в сторону, выйти замуж, устроил такое…
Истерика, слезы, клятвы… Нет, я даже вспоминать это не хочу. Она взяла свой
сотовый телефон, которым пользовалась нечасто, и набрала номер Дани.
Но тут же отключила телефон. Пусть девочка отдохнет,
вырвалась всего-то на недельку, три дня уже прошло. Я дождусь ее и сумею
убедить в том, что все это следует сжечь. Нуца решительно убрала дневники в
коробку и ногой задвинула обратно под кровать.
– Тася, – позвала она, – пойдем погуляем!
– Иду! – обрадовалась Таська возможности
поговорить о Воздвиженском. Она теперь все свободное время торчала в Интернете
и многое знала о нем, в частности и то, что он женат. Этой ужасной новостью она
как раз хотела поделиться с Нуцико, когда та позвала ее гулять.
Аля с Татьяной ехали на встречу с потенциальным клиентом, и
вдруг позвонил Лев Александрович, впервые с того вечера, когда они ужинали в
ресторане.
– Алечка, я соскучился, – прошептал он в трубку.
У нее по спине побежали мурашки.
– Я тоже, – еле слышно проговорила она под
насмешливым взглядом Татьяны.
– Алечка, я думал, что смогу без тебя, я боролся с
собой, но оказалось, это выше моих сил… Аля, что ты делаешь вечером? Или нет,
лучше завтра… Завтра суббота, что, если я приеду к тебе утром, часов, допустим,
в десять?
– В десять? Да, хорошо… Хотя я думала поехать на дачу…
– На дачу поедешь потом. В десять, Алечка.
– Да, хорошо, в десять… – едва слышно пролепетала
она. – Господи, что же это делается…
– Свиданку назначил? – полюбопытствовала Татьяна.
– Ну да, почему-то на десять утра…
– Домой к тебе примчится?
– Да.
– Ну-ну.
– Танечка… Но почему с утра?
– Это-то как раз элементарно. С утра еще сил много. Да
и мадам с утра спокойнее отпустит.
– Ой, Таня, я уж думала, он не позвонит…
– Так ты рада или нет?
– Сама не пойму… Я не знаю, я обещала Марго…
– Ну, это уж глупости! Вы взрослые люди, я бы даже
сказала не первой молодости, при чем тут Марго? И Лева ей не муж, а старший
брат. Ладно, не трясись. Лучше продумай все как следует. Подготовься, красоту
наведи, завтрак приготовь отпадный…
– Тань…
– Ну что, горе мое?
– Тань, как мне его встретить?
– Поцелуем! Вы, кстати, с ним целовались хотя бы?
– Да… Но я не о том… Как думаешь, мне халат надеть или…
– Да чего там или, ясно же для чего он к тебе домой
прется. Надевай халат.
– У меня нет такого… Лучше я джинсы надену…
– Еще чего, джинсы снимать колготно…
– Тань!
– Чего краснеешь, как девица? Вот что, на обратном пути
завезу тебя в одно местечко, купишь там шелковый балахон, красивый и удобный.
Для таких случаев идеально. Вроде бы ты и нарядная, а в то же время доступ к
телу облегчен максимально. Я всегда такие надеваю в подобных случаях. Более
того, я тебе его подарю, но за это ты мне потом все расскажешь!
– Тань!
– Да мне физиологические подробности неинтересны, но в
целом…
– Ладно, в целом расскажу! – вдруг обрадовалась
Аля. – Танечка, мне тебя Бог послал, а то когда не с кем поделиться…
– Да, это хреново, – кивнула Татьяна.
Даниил Аркадьич и Михеев неожиданно для Марго понравились
друг другу и мгновенно нашли общий язык. Они сидели втроем у роскошно накрытого
стола в саду, их обслуживал молчаливый и необыкновенно важный мужчина с седыми
усами. Все было вкусно, изысканно и, как казалось Марго, немного ненатурально,
как в советском кино про заграничную жизнь. Вдруг раздался громкий веселый лай,
и к столу подбежал весьма странного вида пес – черный, лохматый, с рыжей
подпалиной на одном боку, с одной белой лапой.
– А вот и Бешбармак! – объявил хозяин.
– Почему Бешбармак? – фыркнул Даниил Аркадьич.
– Не знаю, – ласково засмеялся Михеев. – Я
как его увидал щеночком, сразу сказал: «Это что за бешбармак?» Так он
Бешбармаком и остался. Нравится?
– Это порода какая-нибудь? – поинтересовался
Даниил Аркадьич.
– Какая там порода! Разве не видишь – намешано всего
понемножку, но красавец!
Огромный пес тем временем обвел всю компанию внимательным
взором, подошел к Марго и положил голову ей на колени. Марго растаяла.
– Умный какой, а? Знает, кого выбрать, стервец! Не
бойся, Маргаритка!
– Я вообще собак не боюсь, – улыбнулась она и
погладила пса. – Михеич, можно его чем-то угостить?
– Нет.
– Марго, я давно хотел понять, почему у нас на даче нет
собаки?
– Даня, а в городе что с ней делать? Кто будет с ней
гулять?
– Я! Обещаю! Давай заведем такого Бешбармака, а? Я тоже
люблю беспородное зверье…
– Вот если бы такое… – умиленно проговорила Марго.
– Какое? – полюбопытствовал Михеев.
– Что-нибудь такое же бешбармакское.
Разговор у мужчин зашел о местных развлечениях, и решено
было завтра идти в море на яхте хозяина.
– Михеич, а у тебя случайно нет аквабайка? –
спросила Марго, с завистью наблюдавшая с пляжа проносящиеся вдали снаряды.
– Есть, а что? Ты хочешь прокатиться на аквабайке?
– Мечтаю, но я не умею…
– Не проблема, я тебя завтра же научу.
– Это опасно! Не вздумай! – закричал Даниил
Аркадьич.
– Опасно гонять невесть где и на бешеной скорости. А мы
потихонечку, потихесеньку, дамочка под присмотром будет.