Оторва с пистолетом - читать онлайн книгу. Автор: Леонид Влодавец cтр.№ 81

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Оторва с пистолетом | Автор книги - Леонид Влодавец

Cтраница 81
читать онлайн книги бесплатно

Попытка прицепить фонарь к пуговице куртки, как это Лена делала, когда спускалась в подвал, особого облегчения не принесла. Во-первых, фонарь на ходу болтался и колотил Лену по груди — хоть и не очень больно, но настырно! А во-вторых, светил он при этом куда-то вниз. Получался световой круг диаметром максимум в два метра, а разглядеть, что там дальше, было очень трудно.

Пришлось еще раз проявлять сообразительность. На сей раз сумка и ее ремешок принесли пользу. Поскольку после того, как Лена укоротила ремешок, его пряжка с пропущенным через нее довольно длинным свободным концом оказалась на плече у лыжницы, мудрая «госпожа Павленко» немного оттянула этот «хвостик» ремешка, и над застегнутой пряжкой образовалась петля. Через эту петлю Лена просунула фонарик и прижала его к пряжке. Правда, в таком виде фонарь хоть и светил более-менее горизонтально, но не прямо, а наискось, вбок. Кроме того, при движении фонарик запросто мог выскользнуть из петельки. Но Лена и тут исхитрилась. Ведь колечко на задней части фонарика, строго говоря, являлось не замкнутым, настоящим кольцом, а спиралькой из двух витков закаленной проволоки. Подобрав на «хвостике» ремешка подходящую дырочку, Лена продела через нее эту самую спиральку, а остаток хвостика зажала между витками, более-менее застабилизировав фонарь на плече. Конечно, его побалтывало, луч мотался из стороны в сторону, но все же в основном светил прямо вперед, и Лена могла работать обеими палками.

Она еще не начала уставать, когда где-то далеко впереди послышался нарастающий шум мотора. Лена, конечно, поежилась, подумав, что предстоит встреча с хозяевами, которой она сильно боялась, но шум, дойдя до какого-то пика громкости, стал затихать, и вскоре его не стало слышно. А это означало, что машина шла не по просеке, навстречу Лене, а по какой-то другой дороге. Сразу стало веселее. Если тут есть дорога, по которой машины ездят, Лена, добравшись до нее, вполне может бросить лыжи, оставив их на обочине, чтоб хозяева забрали, и поймать попутку. Надо думать, ей на этот раз повезет больше, чем с Андреем…

Вскоре шум машины послышался еще раз, Лена и ста метров не прошла. Теперь уже отчетливо различалось, что шум перемещается справа налево. Через пару минут еще одна проурчала, но уже в противоположном направлении. Потом еще и еще — нет, это не просека была, а какая-то весьма оживленная трасса. И легковушки жужжали, и что-то потяжелее тарахтело. В общем, у Лены появились основания прибавить скорости.

Пробежав еще полкилометра уже в гоночном темпе, Лена увидела сквозь промежутки между деревьями свет фар, перемещавшийся слева направо. До большой дороги оставалось метров двести, не больше.

И вот тут-то Ленин фонарик внезапно высветил впереди, справа от просеки, что-то непонятное. Не то телега, не то палатка, не то еще что-то.

Лена подкатила поближе и обнаружила, что в этом месте просека разветвляется. Боковое ответвление уходило вправо и, видимо, шло дальше, параллельно большой дороге. Вот там-то, в начале этого ответвления, и стояло это самое «непонятное». Впрочем, Лена уже поняла, что это именно та машина, на которой, по ее разумению, хозяева избы повезли «сиплого» в город. Именно туда, вправо, сворачивали следы огромных шин. На самом деле это были не шины, а большие камеры-баллоны без покрышек, чуть ли не самолетного размера, но присобаченные на «жигулевские» обода. Сейчас все четыре камеры были спущены, и машина стояла на этих ободах. Мотор у этой самодельной тарахтелки был от какого-то мотоцикла, рама, похоже, сварена из двух велосипедных, руль позаимствовали у колесной «Беларуси», а брезентовую кабинку с лобовым стеклом — от старинной инвалидной мотоколяски 50-х годов прошлого века, которую выпускал Серпуховский завод для еще молодых ветеранов Великой Отечественной.

Вокруг машины снег был истоптан, но впереди на боковом ответвлении следов не было. А вот по «главной» просеке, ведущей к шоссе, тянулась одинокая цепочка глубоких следов, уже полузанесенных снегом.

Лену эта картинка здорово озадачила. В самоделке всего два места. Стало быть, ехали только двое. А ушел вообще кто-то один. Или, может, ушел и унес на спине второго? Вполне возможно, если допустить, что «сиплого» с его больной ногой кто-то взвалил на спину, как Лена бабку Нюшу с Федотовской улицы. Итак, один — несомненно, «сиплый», а другой, судя по всему, тот хозяин, не хилый, должно быть, мужик, который собрал самодельную таратайку. А где же тогда были его жена и сын? Ведь спала же с Леной на печке какая-то баба?! Или это был все-таки «сиплый»? Ведь еще .когда они с «сиплым» шли по речке, Лене почудилось, будто от него женскими духами пахнет… Может, он тоже пидор, как Федюсик и Ромасик? Только еще более упертый, поскольку те хотя бы на порнушных съемках не отказываются баб трахать. Такой вполне мог проспать всю ночь рядом с Леной на печке и даже не поинтересоваться, жива она или нет. Конечно, он мог и просто оказаться порядочным мужиком, которые не липнут к совершенно незнакомым бабам, но, во-первых, от порядочных мужиков не пахнет женскими духами, а в лучшем случае «Олд спайсом» каким-нибудь, а во-вторых, такие порядочные, что, угодив на одну лежанку с бабой, ничего не предпринимают, встречаются только в сказках или любовных романах.

О том, что водитель разбившегося «Бурана» мог оказаться самой настоящей бабой, Лена и сейчас почему-то не подумала. Да и насчет его сексуальной ориентации у нее прочной уверенности не было. Дамские духи употребляют те гомики, которые за баб работают. У них и манеры поведения бабские, и голоса, и характеры тоже. Да разве смог такой пидор ночью гнать на снегоходе через лес? Ни фига не смог бы! А упав и повредив ногу, он бы писк и визг поднял похуже, чем настоящая баба, тем более что настоящие бабы, вообще-то, гораздо терпеливей мужиков. Ну и уж конечно, не смог бы он вести себя как мужчина, когда они по речке неизвестно куда топали.

«Ладно, фиг с ним! — решила Лена. — Допустим, что бабы в этом доме не было. Был папаша, который утром повез сына в школу и заодно прихватил „сиплого“ в больницу. Папаша сел за руль, „сиплый“ — рядом, а мальца на коленки посадил. Доехали они сюда, и тут камеры лопнули… Интересно, а почему это сразу все четыре?»

Действительно, вероятность того, что самоделка одновременно всеми четырьмя колесами напоролась на сучки, лежавшие под снегом, была очень мала. Скорее их кто-то нарочно порезал или прострелил. Скажем, выскочила банда из лесу: «Кошелек или жизнь?» Вывернула всем карманы, покромсала камеры, чтоб ограбленные быстро в милицию не добрались, а сами — в лес… Смешно, конечно, тем более что отсюда в двухстах метрах — шоссе. Проще на нем засаду устроить, тормознуть частника, выкинуть из машины — навару больше будет, чем кого-то на просеке дожидаться. Тем более что по этой просеке, похоже, никакой транспорт, кроме самодельной таратайки, не ездил. Конечно, судя по складу с оружием, хозяин был в крутые дела замешан и могли ему тут разборку организовать, но и эта версия никуда не годилась. Никаких следов к машине не вело: ни лыжных, ни автомобильных, ни снегоходных, ни даже пеших. Единственные следы вели в сторону шоссе, то есть уходили от машины. Правда, вокруг машины снег истоптали, но только на небольшом пятачке. Эти следы оставили те, кто слез с самоделки, никто со стороны к ней не подъезжал, не подползал и не подбегал. Занести снегом эти следы навряд ли могло — ведь следы, ведущие к шоссе и оставленные еще утром, хорошо просматривались.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению