Участок - читать онлайн книгу. Автор: Алексей Слаповский cтр.№ 19

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Участок | Автор книги - Алексей Слаповский

Cтраница 19
читать онлайн книги бесплатно

– Не уверен, что окончательно, – ответил Кравцов.


22

Кравцов был не уверен, что разобрался во всем окончательно. У него, в частности, не было убежденности, что Шаров совсем не имеет отношения к событиям. То есть не к воровству проводов, конечно, а к созданию определенных предпосылок.

И на другой день, сидя в закутке, который ему выделили в тесном помещении администрации, он спросил Андрея Ильича:

– Скажите, а пункт приема металла с вашего разрешения открыли?

– А с чьего же? Или лучше пусть в район или город тащат, чтобы там обманули? Я-то думал, что Прохоров мужик ничего, почти честный.

– Почти? – переспросил Кравцов.

– А все мы почти! – с некоторым даже вызовом ответил Шаров, слишком хорошо знающий реальность. – Или ты где полностью честного видел? Скажи, где, съезжу посмотреть. Есть еще вопросы?

Вопросы у Кравцова были, но он не торопился их задавать. Он выдержал паузу. А Цезарь, лежа на полу, глядел на него и рассуждал мысленно, что Павел Сергеевич, судя по всему, за неимением настоящей работы решил потрудиться электриком. На столбы влезал, с проводами возился. Недаром же он дома все по электричеству сам починял. Вот умение и пригодилось. Но вряд ли он делает это ради денег, скорее от тоски. Дома, возле жены, подобной тоски у него никогда не было. В таком случае почему он не взял ее с собой? И почему Людмила Евгеньевна сама не приедет?

Цезарь положил голову на лапы и закрыл глаза.

А Кравцов наконец, посчитав, что пауза выдержана достаточно, спросил Шарова:

– Андрей Ильич, откуда эти упорные слухи, что Кублакова утопили?

– А у нас все слухи упорные, – ответил Шаров.

– Считаете, что оснований нет?

– Никаких!

– А как же поговорка, что огня без дыма не бывает?

– Да тьфу! – плюнул Шаров без слюны, одним звуком, уважая чистоту помещения. И плюнул не просто с досадой – плюнул с некоторым как бы подтекстом, который Кравцов конечно же про себя отметил. И решил, что ЭТО МОЖЕТ СТАТЬ ОЧЕРЕДНЫМ ЗВЕНОМ В РАССЛЕДОВАНИИ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ГИБЕЛИ КУБЛАКОВА.

Глава 3
Сами гонщики

1

Вообще-то в Анисовке случаев отравления спиртосодержащими смесями, если выражаться научно, было всегда гораздо меньше, чем в остальной России. Причина ясна: везде пили, кроме водки и портвейна, денатурат, технический спирт, одеколон, аптечные настойки, всякие очистители, тормозную жидкость и т.п. Но в Анисовке – винзавод. Всем его работникам долгое время почти официально выдавали по литру готовой продукции на смену. Да и с другими часто расплачивались натурой. В антиалкогольные времена этого не было, но анисовцы не горевали, гнали самогон из яблочного сока, который для этого очень хорош, особенно забродивший.

Технология ведь простая: выдавленный прессами сок поступает в огромные тысячелитровые бочки. (Особым шиком у прессовщиков, кстати, считалось не отлучаться во время горячей работы в туалет по мелочи, а использовать эти самые бочки; то, что они потом оттуда же, в сущности, и пьют, их не смущало: «И это, и это – натуральный природный продукт!» – говорили они.) Бочек – пять. В первой свежий сок, в последней уже забродивший, с добавлением сахара. А за стеной, куда ведет труба-сток из последней бочки, начинается серьезное производство: сок бродит по-настоящему, а потом его перерабатывают в вино. Помещение это с металлической дверью, всегда на замке, а если кто входит или выходит, то под наблюдением руководителей производства и ревностного Геворкяна. И анисовцев эта строгая секретность никогда не удивляла, понимали: дело святое, живое вино! Но сок из бочек никогда не охранялся и не учитывался. Его хоть пять ведер возьми из каждой – никто не заметит.

И брали. Приходили с ведрами, с большими стеклянными банками и бутылками, с флягами и бидонами. Дома доводили брагу до ума и гнали из нее отличный яблочный самогон.

Были, конечно, всякие случаи. Лесенка к бочкам ведет крутая, помост вокруг них узкий, примерно раз в три года кто-нибудь в бочку сваливался, но, однако, никто ни разу всерьез не утонул. Читыркин Петр однажды оступился на лесенке, упал и сломал ногу, но это не удивительно, он и на ровном месте плохо на ногах стоит.

Многое изменилось, наступил капитализм. Анисовцы его не особенно заметили – до тех пор, пока новый владелец завода, Шаров-старший, не проявил свою частнособственническую инициативу и не запретил брать сок. Нет, конечно, и раньше не было разрешения, и тот же Хали-Гали сидел на вышке, спрашивая, например, кряхтящего с двадцатипятилитровой флягой Савичева, не слишком ли много несет, как бы не надорваться, и рабочие-прессовщики поругивались, что вечно толчется посторонний народ, не только зачерпывая сок, но еще и отвлекая, останавливаясь, чтобы побалагурить. Время от времени приснопамятный и знаменитый директор Лукичёв, человек с огромным животом, умевший выпить за день два литра водки, не хмелея, потому что закусывал, выходил из своего кабинета и ругал особо зарвавшихся, а пару раз даже заставил вылить обратно взятое. Но и он понимал: тайное воровство хуже явного. Оно, как правило, ведет к серьезным правонарушениям, несчастным случаям и вредительству.

Так оно и вышло: буквально через два дня после объявленной Шаровым войны упоминавшийся уже Читыркин, торопясь, упал опять с лестницы, но не на пол, а в бочку и чуть было не захлебнулся, еле успели вынуть и откачать. Суриков десятилитровую банку уронил и разбил, поранился. И вообще, брали сок и несли его теперь уже не легко и весело, с прибаутками, как раньше, а сердито и поспешно. В сторожиху, сменщицу Хали-Гали, старуху по прозвищу Акупация, в ответ на ее строгое (по наущению Шарова-старшего) замечание кинули кирпичом и чуть было не попали. И наконец однажды ночью кто-то неведомый проломил одну из бочек. Вылилось не только из нее, но и из всех остальных по принципу сообщающихся сосудов, что составило, легко сосчитать, пять тысяч литров.

Геворкян мрачно сказал Шарову, что он, конечно, одобряет борьбу с расхитителями, но пять тысяч литров в результате равняются десятилетнему объему хищений. Есть ли смысл в такой неравной борьбе с сомнительным результатом?

И Лев Ильич отступился, как и во многом другом, где его слишком поспешная капиталистическая энергия наталкивалась на здравый народный разум.

Вдруг по селу пролетел слух: Мурзин самогоном насмерть отравился.


2

По селу пролетел слух, что Мурзин самогоном насмерть отравился.

Вадик тут же примчался со своим фельдшерским чемоданчиком. А там уже люди собрались, смотрят, сочувствуют. Саша Мурзин лежит бледный на зеленой траве возле дома, изо рта уже пена показалась. Вадик бросился перед ним на колени, пощупал пульс, приоткрыл веки, крикнул:

– «Скорую» надо вызвать!

– Позвонили уже, – ответил ему Шаров, приехавший на место происшествия с Суриковым. – На наше счастье, машина в Ивановке была, сейчас подъедет. А ты ничего сделать не можешь?

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию