Золото дикой станицы - читать онлайн книгу. Автор: Фридрих Незнанский cтр.№ 50

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Золото дикой станицы | Автор книги - Фридрих Незнанский

Cтраница 50
читать онлайн книги бесплатно

— Но ведь машина сгорела совсем, я сам видел! И они все в ней сгорели! Я и мужа сестры за руль перетащил специально, чтобы подумали, что это я сгорел и не искали меня.

— По госномеру пробили твою машину, Ахметов, установили, кто хозяин. Адрес найти — раз плюнуть. Нашли твою первую жену, а она нам про психушку рассказала. На все время ушло, но мы справились. Так что, Ахметов, у тебя будет много времени, чтобы раскаяться. Да исправить уже ничего нельзя.

— Они мне и так каждую ночь снятся! — ответил Ахметов. — Начальник, веришь, я любил свою жену…

— Не верю, Ахметов, — честно признался Щеткин.

19

Вагон с лязгом и грохотом перецепили в очередной раз, и когда состав тронулся, Колька и Ленчик, как всегда, стали резаться в карты, а Борис разлегся на тюфяке и принялся мечтать о том, как они уже совсем скоро приедут в Новороссийск и наконец сбагрят это гребаное золото, от которого нервы у него стали совсем ни к черту. Генке хорошо, он остался дома, переложив всю заботу о целом состоянии на своих корешей. Колька и Ленчик совсем молодые ребята, хоть и крепкие, но дурни дурнями. Им все хихоньки да хаханьки, от всего им весело — и что вагон перецепляют всю дорогу, и что готовить приходится здесь же, в железной печурке, и что туалет за перегородкой без двери. Ржут без повода и по поводу. А Борис, как старший, мечется по составам да по станциям, договаривается, бабки отстегивает, хамство выслушивает, сам хамит, пару раз чуть до драки не дошло. Если бы не солидные бабки, которые вырисовывались на горизонте, он не выдержал бы и трех дней такого путешествия. А так мысль о деньгах грела его душу и как-то мирила со всеми лишениями, которые приходилось переносить.

Он вспоминал жену Лиду, детишек — трехлетнюю Аллочку и пятилетнего Алешку, и на душе сразу становилось светло. Лида родила ему славных ребятишек — белобрысеньких, голубоглазых, полную свою копию. Жили бы они счастливо и не пришлось бы ему отрываться от семьи, если бы не жилищные условия. Тесть, суровый крепкий старик, не понимал, чем Борис недоволен. Крыша над головой есть — и слава Богу. Ну, крысы бегают по полу, так они всегда в этом доме из подвала выползают, бегают рядом с играющими на полу детишками. Так ведь не кусают! И Лидка так росла, и ее младшая сестра Нинка. И ничего — выросли, замуж повыходили. А Борис, пришлый мужик, приехал в Первоуральск аж из-под Тирасполя, и чего ему там не сиделось? — окрутил Лидку, первую красавицу, а у самого ни кола, ни двора. Его приняли, как сына родного, а он все морду воротит — дом ему плох! Старик помогал строить этот дом еще своему отцу, привел туда свою молодую жену, вырастил в нем дочерей. И именно из-за этого дома у них начались скандалы с Борисом. Тот требовал отремонтировать ветхий дом, потому что, видите ли, зимой дует во все щели, приходится круглые сутки в валенках ходить, дети болеют. Так законопать их, если ты мужик и руки у тебя есть! А он надумал перестраивать. Ты, что ли строил, чтобы трогать чужой дом? — так говорил ему старик и Борис ненадолго замолкал. А однажды Лидка подняла такой визг, что все повскакивали ни свет ни заря, думали, что ее режут. А это всего навсего она глаза свои продрала и увидела, как в кроватке ее ребятишек крысы играют, друг дружку за хвосты кусают. Ну согнала бы, сама так росла, внимания не обращала. А когда свои дети появились, вдруг страшно ей стало. Переругались они все тогда и Лидка с мужем и детьми ушли на квартиру. Но долго не выдержали, хозяева — пьянь и рвань — созывали таких же со всей округи, устраивали пьянки-гулянки, ни спать, ни жить не давали. А квартиру у них в районе трудно было найти, никто не сдавал. Пришлось опять домой возвращаться, к отцу-матери. Лидка не хотела переезжать в другой район, потому что устроилась на чистую работу — продавцом в продуктовом магазине, а детсадик рядом с магазином. Удобно — утром по дороге на работу забрасывала ребятню, днем в обеденный перерыв забежит посмотрит, как они там, вечером забирала. Борис тогда на приисках еще не работал, новый человек — к нему присматривались. Работу сразу нашел, хотя и специальность у него для этих мест неподходящая — матросом плавал лет пять по реке Дунаю. На семейных застольях рассказывал, какая жизнь была веселая, с приключениями, песню «Дунай, Дунай, а ну узнай…» распевал во все горло. А теперь в котельне кочегарил, район обогревал. К тому же смуглый был, черный, молдаванин одним словом, а его за цыгана принимали, не доверяли. Когда уже на прииски повезло попасть, деньги пошли хорошие, решили свой дом строить. Потому что отец хоть и не гнал их, перестраивать дом, чтобы привести его в божеский вид, категорически отказывался. Живите, как мы живем, не морочьте голову — говорил.

Дом хотелось построить поскорее, а строительство затянулось, потому что Борис решил строить основательно, на века, чтобы и детям, и их детям было. А это деньги и деньги. Хороший строительный материал всегда дорогой был. А тем более европейский. О другом Борис и слышать не хотел. У него была одна поговорка: строить — так строить. Тут Генка подвернулся со своим предложением, Борис и ухватился за него. Это же какие деньжищи он получит, да сразу! Он быстро подсчитал, что закончить дом можно было уже в этом году. Там только второй этаж достроить, да крышей накрыть, да отделочные работы. Может, и к Новому году успели бы… Дешевая рабочая сила есть, из тех, кто приехал золото добывать, да не всякого к рыжью подпускали. Вот и соглашались на любую работу, не тащиться же порожняком через всю страну обратно.

Борис в мечтах видел свой двухэтажный дом, который плыл белым кораблем над одноэтажными домами окраинной улицы, и ради этой мечты готов был выдержать все. Его даже не испугали напутственные слова Генки: «За рыжье отвечаешь головой!» Борис давно усвоил — деньги даром не достаются, а тем более ему. Уж такая ему судьба выпала — нелегкая, но зато интересная, много повидал он на своем веку, хотя в тридцать два года, считай, еще и половины жизни не прожил.

Ужасно хотелось помыться, все тело свербело и Борис уже боялся, не подцепил ли он где чесотку. Когда поделился опасениями с пацанами, те в очередной раз заржали, но это как-то его успокоило. Раз ржут, значит ничего серьезного.

— На станции набери ведро с водой да вылей на себя, враз полегчает, — посоветовал Колька, который как-то умел обходиться без воды. Утром три секунды чистил зубы, зачерпнув ладонью воды выплескивал ее на лицо — вот и весь утренний туалет. Волосы за десять дней путешествия у него свалялись в колтун, потому что он забыл дома расческу. Ребята ему свою не давали, брезговали. Когда он ожесточенно чесал голову, Ленчик опасливо отодвигался.

— Чего ты? — веселился Колька. — Не бойся, у меня вшей сроду не было. Это от грязи.

Когда начал чесаться Борис, Ленчик стал над ним подтрунивать, но потом и сам зачесался.

— Все, больше не могу, — заявил Борис, и когда в очередной раз отцепили их вагон и загнали пока в тупик, дожидаясь следующего состава, он пренебрег своими обязанностями — не спускать глаз с рыжья, и забежал на станции в туалет, где висело большое объявление: «Просьба ноги в раковине не мыть и белье не стирать». Пробежав глазами объявление он на виду у всего честного народа разделся до трусов и вымылся над раковиной — с мылом да по пояс, испытывая райское наслаждение. Засунул ноги в раковину и вымыл и их. Народ попался понятливый, мужики скандал не подняли. Посочувствовали только и посокрушались, что сами так не решаются, у входа в туалет сидит старая ведьма, очень скандальная, деньги дерет, а туалетную бумагу ворует.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению