Пятьдесят оттенков Дориана Грея - читать онлайн книгу. Автор: Оскар Уайльд, Николь Одри Спектор cтр.№ 3

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Пятьдесят оттенков Дориана Грея | Автор книги - Оскар Уайльд , Николь Одри Спектор

Cтраница 3
читать онлайн книги бесплатно

– Так называемая сознательность и трусость – это на самом деле одно и то же, Розмари. Сознательность – это официальное название трусости, вот и все.

– Я не верю в это, Хелен, и уверена, что ты тоже. Что бы ни побудило меня к этому – возможно, это были остатки гордости, ведь я была раньше очень гордой, – я кинулась к дверям, но, конечно, наткнулась на леди Брэндон. «Вы так рано нас покидаете?» – завопила она. Ты же знаешь, какой у нее пронзительный голос.

– Да. Она настоящий павлин, если бы павлины не были так красивы, – сказала Хелен.

– Я не могла отделаться от нее. Она втолкнула меня в кружок молодых людей, каждого из которых уже видела моим будущим мужем. Да я бы лучше умерла, чем связала себя узами браками с кем-нибудь из этих зануд! Она говорила всем, что мы большие друзья. Мы виделись всего лишь один раз, но она уже решила взять на себя роль сводни. Я старалась отыскать какой-нибудь предлог, но тут внезапно столкнулась лицом к лицу с Дорианом Греем. Он оказался так близко от меня, что мы почти касались друг друга. Мы снова встретились взглядами. Наверное, это не такая уж и случайность. Этого было не избежать. Я уверена, мы бы познакомились и без помощи леди Брэндон. Позже Дориан сказал мне то же самое. Он тоже почувствовал, что нам судьбой было предназначено встретиться.

Хелен заинтересованно кивнула головой – такие подробности ей и хотелось услышать.

– И как леди Брэндон представила тебе этого молодого человека?

– Она пробормотала что-то вроде: «Очаровательный юноша… мы с его бедной матерью были неразлучны. Не припомню, чем занимается… Боюсь, что ничем… Ах да, играет на фортепьяно… или на скрипке, дорогой мистер Грей?» Мы оба не могли удержаться от смеха, и это сразу сблизило нас.

– Смех – неплохое начало для романа, даже наоборот, самое успешное начало, – сказала Хелен, которая, казалось, была совсем не против провести в саду хоть целый день, обсуждая Дориана Грея. Розмари тоже получала удовольствие от этого разговора, но точно так же, как и с портретом, ей казалось, что в свои слова она вкладывает слишком много самой себя. Хелен любой, даже самый откровенный, разговор превращала в праздную болтовню, и хотя Дориан Грей, очевидно, ее заинтересовал, могло показаться, что они обсуждают актеров из новой пьесы. Розмари же гораздо больше поставила на кон. Говорить о нем означало признать влияние, которое он приобрел на нее, и она чувствовала опасность этого влияния.

– Перестань называть это романом, – попросила Розмари и сказала, что утомилась, сидя на солнце. Она предложила вернуться в студию и пошла к дверям, не дожидаясь, пока Хелен выскажет свое мнение на этот счет.

– Ты расстроилась из-за моих слов? – спросила Хелен, расположившись рядом с Розмари на диване.

– Нет, я просто устала. Я плохо спала последнее время.

– Розмари, ты же знаешь, я отношусь к тебе, как к сестре, то есть гораздо лучше, чем к своим настоящим сестрам. Ты всегда можешь рассказать мне, что тебя беспокоит.

– Дориан все время стоит у меня перед глазами, – начала Розмари.

– Конечно, на этот раз ты взяла особенно большой холст, – сказала Хелен, шутливо касаясь ее локтем. – Я могу целиком укрыться в его тени.

– Да нет же, – засмеялась Розмари. – Я каждый день вижу его. Он приходит ко мне каждый день – вот уже несколько месяцев.

– Что ж, вполне естественно, – сказала Хелен. – Ты должна целиком погрузиться в работу и не упустить ни одного дня.

– Да, но он не просто позирует. Он делает меня счастливой, Хелен. Я несчастна, пока его нет, и впадаю в отчаяние, когда он уходит. Даже сейчас мое сердце тревожно бьется при мысли о том, что я увижу его. Я нуждаюсь в нем. Я не могу без него жить.

– Это же чудесно! – сказала Хелен, обнимая Розмари, как будто поздравляя ее с чем-то. – Я уж думала, тебя не интересует ничего, кроме твоего искусства.

– Он и есть мое искусство, – сказала Розмари, и ее глаза потеплели. – Масляная живопись для венецианцев, Антиной для греческих скульпторов – вот, что такое Дориан Грей для меня. Я не просто пишу или рисую. Он – мое вдохновение. Помнишь тот мой пейзаж, за который мне предложили такую высокую цену, но с которым я не захотела расстаться? Он стал одним из моих лучших произведений именно потому, что Дориан Грей сидел рядом и просто наблюдал, как я пишу, этим таинственным взглядом своих серых глаз. Впервые в жизни я увидела в простом лесном пейзаже чудо, которое всегда искала, но которое всегда ускользало от меня.

Хелен в восторге захлопала в ладоши:

– Великолепно! Я должна познакомиться с ним. Сколько ему лет? Он совсем молод, судя по картине.

– Он на два года моложе меня!

– И, надо полагать, не может быть и речи о…

– Мы не обсуждаем такие вещи. – Розмари залилась румянцем.

– О, моя маленькая невинная сестричка, – сказала Хелен, наматывая на палец прядь каштановых волос Розмари. – А ты ведь такая красивая. Скажи, он очень любит тебя?

Розмари вздрогнула. Ее вновь охватило влечение, слишком знакомое в последнее время чувство. Она скрестила и вновь выпрямила ноги.

– Я ему нравлюсь, – проговорила она не сразу, подавив необычное ощущение, как будто целый рой бабочек закружился у нее в животе. – Я знаю, что нравлюсь ему. Но ему как будто доставляет особенное удовольствие причинять мне боль. Он говорит иногда такие вещи… У него… – Розмари снова запнулась, а бабочки затрепетали от страха. Она подыскивала слова, смысл которых Хелен не могла бы исказить. Если бы она сказала правду, даже пресыщенная Хелен ужаснулась бы. – У нас просто разные взгляды на мир.

К облегчению Розмари, Хелен не стала вдаваться в подробности.

– Ты во власти его красоты, это очевидно. И твое искусство переживет его красоту. Он наверняка наскучит тебе быстрее, чем ты наскучишь ему. Сейчас лето, подходящее время для увлечений. Но скоро наступит осень, а затем зима, и страсть улетучится сама собой.

– Не говори так, – возразила Розмари. – Пока я жива, Дориан Грей будет иметь власть надо мной. Ты не можешь понять, что я чувствую. Ты слишком часто изменяешь.

– Ах, Розмари, – произнесла Хелен, зажигая сигарету. – Именно поэтому я и могу понять. Тем, кто всегда верен, доступна только будничная сторона любви. И только неверным – ее трагедия.

Они замолчали. Хелен с торжествующим видом курила сигарету и внезапно схватила Розмари за руку, будто совершила открытие:

– Я вспомнила! – вскрикнула она. – Мне знакомо имя Дориан Грей.

Сердце Розмари вздрогнуло и замерло на мгновение:

– Неужели? Откуда?

– Я слышала его имя в доме моей тетушки. Она сказала, что ее новое открытие – замечательный молодой человек, который собирался помочь ей в Ист-Энде, и что его имя – Дориан Грей. Она не упомянула, что он красив, сказала только, что он серьезный и прекраснодушный юноша. Я сразу представила себе веснушчатое существо, которое расхаживает повсюду на своих длиннющих ногах, прилизав волосы и нацепив очки. Знала бы я только, каков он на самом деле!

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению