Берлинский транзит - читать онлайн книгу. Автор: Чингиз Абдуллаев cтр.№ 4

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Берлинский транзит | Автор книги - Чингиз Абдуллаев

Cтраница 4
читать онлайн книги бесплатно

— Надеюсь, что не достанет, — согласилась Альбина. — Ты ведь помнишь, что они сделали с нашей машиной на прошлой неделе? Я все это до сих пор во сне вижу.

— Нам ничего не грозило, — возразил ее спутник, — ребята все равно проверили бы машину, прежде чем пускать нас туда. А те, кто взорвал машину, просто хотели меня напугать. Если бы хотели убить, то дистанционное управление сработало бы в тот момент, когда мы сидели внутри. Они хотели только напугать, а не убить.

— А сейчас?

— А сейчас хотят убить. Ладно, не нервничай. С нами едут несколько человек охраны. Как только мы доберемся до границы с Польшей, все будет в порядке. Ребята сдадут оружие, и с нами поедут только двое — для подстраховки: Захар и его напарник.

— Ты думаешь, этого достаточно?

— Конечно, достаточно. Меня не так-то просто убить, Альбина. Я ведь человек везучий и пуленепробиваемый. Знаешь, сколько раз меня хотели убить? Раз пять или шесть. А я, как видишь, все еще живой и здоровый, хоть и словил несколько пуль и меня пару раз воскрешали врачи. Но ничего, на здоровье не жалуюсь.

— Постучи по дереву, — посоветовала его спутница, — и не нужно ничего заранее говорить.

— Не буду стучать. Я не суеверный, — рассмеялся пожилой мужчина.

— Ты у нас молодец, — рассудительно сказала его спутница, которая больше годилась ему во внучки, чем в подруги, — и сил у тебя еще много.

— Надеюсь, что молодой. Особенно это приятно слышать от тебя, — довольным голосом хрюкнул пожилой. — Иди сюда…

Дронго отпрянул от стены. Дальше слушать было не только неэтично, но и бессмысленно. Он открыл дверь в свой санузел. Кран над умывальником срабатывал от сенсоров, когда рука оказывалась под ним. Дронго тщательно помыл руки, словно опасаясь какой-либо инфекции. Вернулся в купе и услышал, как к соседям снова стучат. Это был Захар. Очевидно, он принес обещанное оружие. Дверь открылась не сразу, женщина приводила себя в порядок. Затем Захар ушел, и в вагоне воцарилась тишина, прерываемая лишь приглушенными звуками из второго купе. Но на них никто из пассажиров не обращал никакого внимания.

Поезд, набирая скорость, двигался в сторону Белоруссии. Российско-белорусскую границу пассажиры даже не заметили. Примерно к трем часам дня по российскому времени они прибыли в Минск. Официантка начала разносить заказанные обеды. Дронго взглянул на здание городского вокзала. Последний раз он был в Минске ровно десять лет назад с группой известных журналистов и писателей. Поразительно, что средства массовой информации исправно вещали о диктаторском режиме в Белоруссии, о притеснениях инакомыслящих, об апокалиптических картинах в этой стране. Все было ложью. Город чистый, уютный, домашний. Люди улыбались гостям, улицы поражали своей ухоженностью и чистотой. В этот день президент Белоруссии открывал памятник погибшим евреям — жертвам фашистского геноцида. Гости были поражены, ведь им рассказывали совсем о другой стране. Вечером за ужином один из российских журналистов, называющий себя «демократом», насмешливо улыбаясь, пытался объяснить гостям, что в этой стране сохранился «советский строй образца шестидесятых». Не дослушав его до конца, Дронго резко оборвал зарвавшегося гостя:

— Не нужно так плохо говорить о людях, которые нас принимают. И об обществе, в котором по-прежнему ценятся порядочность и честность. Зато здесь не считают деньги мерилом ума и таланта. Наверное, у них тоже есть недостатки, но давайте уважать их достоинства. Ведь они сумели сохранить их даже в столь сложное время.

Журналист лишь махнул рукой, не став спорить. Это было десять лет назад.

Дронго вглядывался в лица людей. Поразительная нация, в который раз подумал он о белорусах. За всю жизнь не встречал ни одного непорядочного белоруса. Наверное, они где-то есть — и непорядочные, и лживые. Но он никогда таких не встречал. А может, их и нет вообще? Может, этот народ, так ощутимо пострадавший во время войны и так решительно поднявшийся на борьбу с фашистскими оккупантами, оказался выше, чище, умнее своих соседей? Оставшиеся в живых не озлобились, не превратились в маргиналов, словно зараженные той высокой духовностью, которую белорусский народ проявил во время войны. Просто поразительный народ. Говорят, что французы скуповаты, итальянцы транжиры, англичане сдержанны, немцы рассудительны, а белорусы светятся от своей святости. Немного смешно, но, по существу, верно.

Поезд медленно отходил от станции. До границы было еще несколько часов. Из-за того что европейская и бывшая советская колеи разной ширины, поезда простаивают на границе по нескольку часов, ожидая, пока поменяют колеса. Интересно, что этот процесс механизирован, и пассажиры даже не замечают, как он проходит. Но пребывание на границе все равно затягивается на три-четыре часа. Пограничники и таможенники с обеих сторон могли бы пропускать гораздо больше составов, если бы не это досадное ограничение.

К шести часам вечера официантка прошла по купе, собирая грязную посуду. Она принесла салаты в соседнее купе. Дважды приходил Захар, который осторожно стучался в дверь, проверяя, как себя чувствуют пассажиры третьего купе. Когда он пришел перед самой границей и ему открыли дверь, Дронго услышал, как молодая женщина негромко вскрикнула.

— Что случилось? — спросил ее спутник.

— Ноготь сломала. На правой руке, — пояснила его спутница.

— Ничего, — рассмеялся он, — нарастим тебе ноготь в любой берлинской парикмахерской.

— Костя уходит, — сообщил Захар, — мы остаемся вдвоем.

Дронго в очередной раз подумал, что эти двое слишком плотно опекают пожилого пассажира из соседнего купе. Очевидно, они его телохранители. Но почему тогда они передали ему оружие, а сами не взяли купе рядом с ним, в этом вагоне? Скорее всего, для того, чтобы не привлекать к нему ненужного внимания сотрудников милиции или пограничников. Но почему? Кто едет в соседнем купе? Для чего нужна подобная маскировка?

К семи часам вечера состав был уже на границе. Первыми появились белорусские пограничники, осматривающие вагон. За ними пошли таможенники. Двери всех четырех купе были открыты. Дронго присел на край кровати, развернул газету. Он слышал, как в коридоре негромко переговаривались проводники. Пограничники забирали паспорта, громко называя пассажиров по именам и фамилиям. В первом купе ехала Наталья Робертовна Лакшина. В четвертом купе свой паспорт отдал Анатолий Александрович Гаврилко. Во втором купе был сам Дронго. И наконец, он услышал, как выкликнули имена пассажиров третьего купе. Альбина Марковна Брустина — так звали эффектную блондинку — и Георгий Нодарович Цверава. Когда Дронго услышал имя своего соседа, он вздрогнул. Этого не могло быть. Таких совпадений просто не бывает. Теперь он точно знал, кто едет за стенкой и кем приходятся Захар с Русланом этой странной парочке. Они действительно были телохранителями. В купе престижного вагона находился один из самых известных «воров в законе» Георгий Цверава, или, как его называли в блатном мире, Жора Бакинский. Он был родом из Баку и успел прославиться своей невероятной жестокостью и восемью судимостями, которые скопились к шестидесяти шести годам.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению