– Тут, дорогой мой, совсем другой случай! –
заторопился Левако. – Этот овощ, так сказать, не с общего колхозного поля,
а с моего личного огорода… Человек приличный, ни в каком криминале не замешан…
– Так милости прошу! – воскликнул Леня. –
Сейчас как раз свободен и открыт для предложений!
На самом деле он уже осатанел от безделья и готов был взяться
за любой заказ.
– Пускай ваш протеже позвонит мне и назначит
встречу! – любезно предложил он, стараясь, чтобы в голосе не звучало
слишком явное нетерпение. Старик очень проницателен, как бы не подумал, что
дела у Лени идут так себе, ни шатко ни валко.
– В том-то и дело, – вздыхая, пробормотал Илья
Аронович, – в том-то и дело, что он хочет договориться через меня, без
личной встречи. Такое у него условие.
– Ну, если вы ручаетесь… – Теперь, когда Левако
поманил его надеждой на заказ, Маркизу очень не хотелось снова возвращаться в
лоно домашнего хозяйства. Даже тихие вечера в обществе мурлыкающего на коленях
кота стали казаться скучными, а при мысли о том, что придется целыми днями
слушать замечания вечно всем недовольной Лолы, у него свело скулы.
– Я согласен! – Роковые слова вырвались неожиданно
для самого Маркиза.
– Ну и ладушки! – с облегчением закончил разговор
Илья Аронович.
Так и вышло, что в ближайшую субботу Леня встал пораньше и
собрался в супермаркет, поскольку именно туда просил явиться таинственный
заказчик. Леня вполне оценил необычный способ связи, но на этом дело не
закончилось, теперь предстояло идти в Эрмитаж.
Пока Маркиз делал покупки в супермаркете, его боевая подруга
Лола решила воспользоваться отсутствием компаньона и немного расслабиться. А
именно – полежать хотя бы полчасика в ванне с морской солью и ароматной пеной.
Она открыла краны, высыпала в воду горсточку соли и
отправилась на кухню, чтобы приготовить себе стакан апельсинового сока со
льдом. Конечно, для полного блаженства полагалось бы бокал мартини, но все же с
утра пораньше это как-то несолидно.
Однако не успела Лола наполнить стакан, как из гостиной
донесся призывный звонок телефона.
– Ничего без меня не может сделать! Накрылась моя
ванна! – проворчала Лола, устремившись на звонок.
Она не сомневалась, что звонит Леня и что ему срочно
понадобилась ее квалифицированная помощь. Небось позабыл, какой фирмы нужно
брать таблетки для посудомоечной машины, или в супермаркете нет обезжиренного
творога, и этот тип так и будет топтаться возле молочных продуктов, не в силах
принять решение – брать ли пятипроцентный или не брать вообще, и в каком случае
дома нагорит больше…
Однако звонил вовсе не Маркиз.
Звонила Лолина любимая тетя Калерия Ивановна Свириденко из
славного города Черноморска.
– Лелечка, золотко! – гремел в трубке голос тети
Кали. – Как ты себя чувствуешь?
Тетка всегда разговаривала по телефону так громко, как будто
хотела напрямую докричаться из самого Черноморска. Но Лола свою родственницу
обожала и на такие мелочи не обращала внимания.
– Отлично, тетя Каля! – отозвалась она
радостно. – А ты как?
– Лучше всех! Ты бы приехала к нам, отдохнула,
подкормилась… А то я ведь знаю, как вы там питаетесь – одна мура заграничная!
Ни пользы от нее, ни радости, одно удовольствие, что упаковка красивая! А у нас
здесь помидорки – что твои арбузы, сметану ножом резать надо, а груши такие,
что сок сам течет…
– Да знаю, Калечка! – Лола мечтательно
вздохнула. – Надо непременно к вам выбраться, да все дела, дела…
– И Леонида своего привози, – продолжала
тетка. – А то он у тебя такой бледный, такой худой – на рентген ходить не
надо, и так каждая косточка просвечивает…
Лола вовсе не считала Маркиза болезненно худым. Напротив, по
ее мнению, у него была пара лишних килограммов, но тетя Каля придерживалась
того мнения, что хорошего человека должно быть как можно больше, и спорить с
ней было бесполезно.
– Я прожила большую жизнь, – продолжала тетя Каля
авторитетно, – и я тебе скажу, что я из нее вынесла: мужчину надо кормить!
Тогда он будет спокойный, довольный и по сторонам шнырять не станет!
Выдав эту философскую сентенцию, тетя Каля на мгновение
замолкла, но затем спохватилась:
– Я что звоню-то, Лелечка! Ты помнишь дядю Гришу?
– А как же!
Своего черноморского дядю Гришу Лола отлично помнила. Это
был высоченный и здоровенный дядька неопределенного возраста с большими, как
две лопаты, ладонями, до черноты загорелый от жаркого южного солнца,
громогласный и жизнерадостный, как само Черное море, и живой, как домашнее
вино. На каждом семейном празднике дядя Гриша непременно провозглашал один и
тот же тост:
– Выпьем за прекрасных женщин нашей семьи и всего
остального мира! Мужчины нашей семьи пьют стоя, остальные – по желанию!
– Что?! – всполошилась Лола. – Неужели он…
– Да что ты, Лелечка! – поспешила успокоить ее
тетка. – Он еще нас с тобой переживет! У него здоровья на всю Черноморскую
область хватит и еще на Францию с Англией останется!
– Так что с ним случилось? – напомнила Лола.
– С ним, слава Богу, ничего не случилось. А вот внучка
его, Оксаночка, к вам в Питер собралась, так вот я ей твой адрес дала…
Лола на мгновение растерялась. С одной стороны, она обожала
свою черноморскую родню, в особенности тетю Калю, с другой – поселить в своей
квартире незнакомую провинциальную девчонку… особенно учитывая специфику их с
Леней профессии… Но нет, она должна проявить гостеприимство и доказать
прочность родственных уз!
– Конечно, Калечка! – воскликнула она. –
Когда она приезжает? Я ее встречу…
Однако в трубке вдруг раздались треск, писк, скрежет, и
затем понеслись короткие сигналы отбоя.
Лола удивленно взглянула на трубку и уже собралась
перезвонить тете, как вдруг в неплотно прикрытую дверь гостиной с виноватым
видом протиснулся Пу И. Ее любимец, крошечный песик древней мексиканской породы
чихуахуа, выглядел очень странно. Мордочка Пу И была покрыта розовой пеной, как
будто он собрался бриться.
– Пуишечка, детка, что с тобой?! – воскликнула
Лола, мгновенно забыв о теткином звонке.
Пу И просеменил к хозяйке, и тут она с удивлением увидела,
что он оставляет на паркете отчетливые мокрые следы.
До Лолы дошла ужасная правда.
Она вскрикнула, всплеснула руками и кинулась в ванную
комнату.
Действительность превзошла все ее ожидания.
Пока она разговаривала с тетей Калей по телефону, ванна
переполнилась и ароматизированная, покрытая розовой пеной вода хлынула на пол.
Пол ванной был покрыт водой по щиколотку, и по розовым волнам, как два
прогулочных кораблика, плавали Лолины домашние тапочки с меховыми помпонами.