Порно - читать онлайн книгу. Автор: Ирвин Уэлш cтр.№ 36

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Порно | Автор книги - Ирвин Уэлш

Cтраница 36
читать онлайн книги бесплатно

Ни за какие, блядь, коврижки.

— Я бы поехал, Терри, но мне нельзя оставлять паб, — говорю я ему, крикнув этим уебищам в углу, чтобы заказывали по последней, бар закрывается. Никто из них пива уже не хочет, так что они просто растворяются в ночи, как привидения, которыми вскорости и станут.

Не испытываю никакого желания ехать в Амстердам с этой толпой шизоидов. Правило первое: окружай себя женщинами, любой ценой избегая компаний «приятелей». Я закрываю бар, а Терри уговаривает меня пойти с ним в один клуб, где играет этот его кореш диджей, парень по прозвищу Кислота, или Знак-К, как он себя называет. Ладно, чего не сходить. Кислота — личность довольно известная, и там наверняка будет много народу, в общем, я соглашаюсь. Мы садимся в такси, потом пробираемся сквозь толпу на входе в «Корову». Терри кивает и подмигивает охранникам. Один из них, Декси, мой старый знакомец, и я ненадолго задерживаюсь — попиздеть с ним за жизнь.

Поскольку мы в Эдинбурге, а не в элитном Лондоне, V1P-бар отсутствует, так что нам приходится идти в самый обыкновенный бар, где толчется плебс. Кислота рядом со стойкой, а вокруг него — толпа молодых уродов и девочек, суетливо его опекающих. Он кивает нам с Терри, и мы проходим в административную часть клуба с кем-то еще из парней, а там уже нас ждут дорожки. Имеется также и несколько упаковок халявного пива для гостей. Терри представил всех, а я по-любому смутно помню Кислоту, старого дружка Сока из давних времен. Они оба из Лонгстона, или из Брумхауза, или из Стенхауза, или еще откуда-то. В общем, оттуда, где власть держит Джамбо. Забавно, я давно уже не фанатею от «Хибсов», но моя неприязнь к «Хертсам» не убывает ни на йоту.

Терри рассказывает им всем, как мы знатно оторвались на днях.

— Мы заделали большую тусовку у Психа. Была там одна студенточка, учитца вместе с Рэбом Биррелом. — Он поджимает губы и поворачивается ко мне: — Приятная девочка, правда?

Его плохая дикция, особенно под кокаином, вызывает некоторые сложности, в смысли — для понимания, но смачность рассказа заразна.

— Приятная, — подтверждаю я.

— Не умеют даже с анашой обращатца. Сперва ту конопатую малышку чуть не стошнило, а потом эта киска, заточенная под еблю, эта Никки, напиваетца вдрабадан — и все. А этот грязный мудак уводит ее к себе и там ей заправляет, — говорит он, кивая на меня.

Я трясу головой.

— Черта с два я ее поимел. Джина сводила ее в сортир, потом мы притащили ее обратно ко мне и уложили спать. Я проявил себя истинным джентльменом, вел себя выше всяких похвал, ну, по крайней мере с Никки. Я потом Джину отодрал у нее дома.

— Ага, а потом, спорим, вернулся и занялся Никки.

— Не-е-е-е… Мне надо было рано вставать. Из-за поставщиков. Так что я пошел прямо в паб. Когда я позвонил домой, Никки уже не было. Но даже если б она была, я бы и пальцем к ней не притронулся. Показал бы себя истинным джентльменом, опять же.

— И ты думаишь, я те поверю?

— Все так и было, говорю же, — улыбаюсь я, — есть девчонки, с которыми надо растягивать удовольствие. Какой интерес ебать облеванное туловище?!

— Ладно, запишем, блядь, в убыток, — ругается Терри, — потому что той крошке явно хотелось того-сего, — говорит он Кислоте, или Карлу, как он его называет. — Да, Карл, ты бы тоже как-нить заглянул в наш паб. Захвати с собой девок побольше, и все такое. Нам всегда нужна свежая кровь, — пристает к нему Терри.

Вроде этот диджей — ничего парень. Мы догоняемся, разделив упаковку на двоих, и он кое-что мне говорит, отчего мое сердце начинает стучать даже чаще, чем от этой дорожки, которую я только что занюхал.

— Я тут неделю назад в Даме был. Видел того парня, который там держит клуб. Вроде как твой приятель. Рентой. Вы поругались, как мне говорили. Ты с ним так больше и не общался?

Что же он такое говорит?

Рентой? РЕНТОЙ?! БЛЯДСКИЙ РЕНТОЙ?!

Я думаю, может, мне все-таки выбраться в Амстердам. Проверить порнопейзаж. Почему бы и нет? Немного кина категории R [7] . А заодно можно попробовать получить наличность, которую мне задолжали!

Рентой.

— Ага, мы с ним лепшие друзья, — вру я, не краснея. — Как его клуб-то теперь называется?

— «Роскошь», — говорит этот Карл Эварт по прозвищу Кислота, и сердце тяжко колотится у меня в груди.

— Да, — соглашаюсь я, — точно. «Роскошь».

Я покажу ему роскошь, этому подлому рыжему мудаку.

21. Шлюхи из города Амстердама (Часть 3)

Канал сегодня отливает зеленью; не могу разобраться, то ли это отражение деревьев в воде, то ли канализацию прорвало. Жирный бородатый крендель внизу на барже сидит голый по пояс и с довольным видом курит трубку. Хорошая реклама для табачка. В Лондоне это был бы параноидальный неврастеник, срущийся от одной только мысли, что вот сейчас кто-то придет и попытается отобрать у него нажитое. А здесь плевать он на все хотел. Примерно на полпути по той самой дороге, по которой прошли британцы от понимания сути вещей к званию величайших дрочил в Европе.

Я отворачиваюсь от окна, и вот она — Катрин, в коротком голубом платье из искусственного шелка, сидит на диване, обитом коричневой кожей, занимается своими ногтями. Ее нижняя губа напряженно вывернута наружу, брови сосредоточенно нахмурены. Раньше я мог часами сидеть и смотреть, как она делает маникюр или что-нибудь в этом роде. Ценил просто ее присутствие. Теперь же мы раздражаем друг друга.

— Ты достала эти семь сотен гульденов, ну, за квартиру?

Катрин лениво указывает на стол.

— У меня в сумочке, — говорит она, встает, сбрасывает платье слегка театральным жестом и идет в душ. Мне почему-то неловко наблюдать за ее тонким, белым, нагим уходом, который меня возбуждает, но мне в то же время противно.

Я смотрю на ее сумочку, что лежит на столе. Поблескивающий глаз застежки вызывающе мне подмигивает. В этом действительно что-то есть — когда ты открываешь дамскую сумочку. Когда я сидел на игле, я грабил дома и магазины и дурил людей, чтобы получить то, что мне было надо, но самым сильным табу, нарушать которое было больнее всего, была сумочка моей мамы. Проще засунуть пальцы в пизду к чужой бабе, чем в сумочку — к знакомой.

Но мне нужна крыша над головой, так что я рывком открываю сумочку и вытаскиваю купюры. Я слышу, как Катрин поет в душе или, вернее, как она пытается петь. Немцы вааще ни хуя петь не могут, так же как и голландцы, на самом деле, как и все европейцы. Что она может, так это меня достать. Ага, безжалостной иголкой, язвительным словом, неистовой мрачностью; Катрин это умела. Но самой сильной ее картой были попытки грубого вмешательства в мою внутреннюю жизнь — редкие вспышки на фоне ее каменного молчания. В нашей маленькой квартирке с окнами на канал сложилась атмосфера, весьма способствующая паранойе.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию