Пусть умирают дураки - читать онлайн книгу. Автор: Марио Пьюзо cтр.№ 47

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Пусть умирают дураки | Автор книги - Марио Пьюзо

Cтраница 47
читать онлайн книги бесплатно

В рождественский Сочельник дети помогали Валли наряжать елку, а я работал на кухне. Валери все еще не знала о моих неприятностях на работе. Я написал несколько страниц романа и вышел полюбоваться елкой. Она была вся в серебре, с красными, синими и золотыми шарами и с серебряным дождем. На верхушке сияла звезда. Валли никогда не пользовалась электрическими гирляндами. Она не любила их на новогодней елке.

Дети были возбуждены, и нам пришлось долго укладывать их. Но они продолжали выглядывать из спален, а мы не отваживались в Сочельник прибегнуть к строгости. Наконец, дети утомились и заснули. Я произвел последнюю проверку. К приходу Санта Клауса все были в чистых пижамах, выкупаны и причесаны. Они казались такими прекрасными, что я даже не мог поверить, что это мои дети, что они принадлежат мне. В это мгновение я очень любил Валли. Я чувствовал себя счастливчиком.

Я вернулся в гостиную. Валли укладывала под елку подарки в ярких веселеньких упаковках. Казалось, что их огромное количество. Я пошел, взял свой подарок и положил под елку.

— Я не мог подарить тебе большой подарок, — сказал я лукаво. — Только мелочь. — Я знал, что она и не подозревает, что получит настоящее бриллиантовое кольцо.

Она улыбнулась и поцеловала меня. Она никогда не заботилась о том, что ей самой подарят на Рождество, она любила покупать подарки другим, особенно детям. Каждый из них получал по четыре-пять подарков. И среди них был супер-велосипед, но я жалел, что она его купила. Это была двухколесная машина для нашего старшего сына, и мне предстояло собрать ее. А я понятия не имел, как это делается.

Валли открыла бутылку вина и приготовила несколько бутербродов. Я развязал огромную коробку, содержавшую различные части велосипеда. Я разложил их на полу гостиной, присоединив три листа инструкций и схем. Бросив на все это один взгляд, я сказал:

— Сдаюсь.

— Не будь глупеньким, — успокоила Валли.

Она присела на пол, скрестив ноги, прихлебывая вино и изучая схемы. Я перешел в подсобные рабочие. Принес отвертку и ключ и держал части, которые она свинчивала. Когда мы наконец собрали целиком всю проклятую штуковину, было почти три часа ночи. К этому времени мы допили вино и перенервничались. Понятно было, что дети выскочат из кроватей, как только проснутся. Нам оставалось четыре часа сна. А потом надо будет ехать к родителям Валли на долгий день празднеств.

— Надо идти спать, — сказал я.

— Я усну прямо здесь, — и Валли распростерлась на полу. Я лег рядом с ней, и мы крепко обнялись. Мы лежали в блаженной усталости и довольстве. В этот момент послышался громкий стук в дверь. Валли вскочила с удивленным лицом и вопросительно посмотрела на меня.

За долю секунды мое обремененное виной сознание создало целый сценарий. Это, конечно, из ФБР. Они специально дождались рождественского Сочельника, чтобы я был психологически разоружен. Они пришли с ордером на обыск и арест. Они найдут пятнадцать тысяч долларов, спрятанных в доме, отправят меня в тюрьму и предложат мне провести Рождество с женой и детьми в обмен на признание. Иначе я буду унижен: Валли возненавидит меня за арест под Рождество. Дети будут плакать и навсегда останутся травмированными.

Должно быть, я побледнел, потому что Валли спросила:

— Что с тобой?

Снова послышался громкий стук в дверь. Валли пошла через гостиную в коридор. Я услышал, как она с кем-то разговаривает и вышел принять успокоительное. Валли возвращалась по коридору и повернула на кухню. В руках у нее были четыре бутылки молока.

— Это молочник, — сказала она. — Он разносил молоко пораньше, чтобы возвратиться к семье до того, как проснутся дети. Увидев под нашими дверями свет, постучался. Он хороший человек.

Валли ушла на кухню. Я пошел за ней и устало опустился на один из стульев. Валли присела ко мне на колени.

— Ты, наверно, решил, что это какой-нибудь ужасный сосед или вор, — сказала она. — Ты всегда ждешь худшего. — Она ласково поцеловала меня, — Пойдем в постель. — Она еще раз поцеловала меня подольше, и мы пошли в постель. Мы занимались любовью, а потом она прошептала:

— Я люблю тебя.

— Я тоже, — сказал я, улыбаясь в темноте. Я был самым трусливым воришкой западного мира.

Но через три дня после Рождества ко мне в контору зашел странный человек и спросил, не меня ли зовут Джон Мерлин. Когда я сказал, что да, он передал мне сложенное письмо. Пока я разворачивал письмо, он ушел. В письме тяжелыми староанглийскими буквами было написано: РАЙОННЫЙ СУД СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ, а потом обычными прописными буквами: ЮЖНЫЙ РАЙОН НЬЮ-ЙОРКА. Затем мое имя и адрес и в конце большими буквами: «ПРИВЕТСТВУЕМ».

Затем было написано: «ПРЕДПИСЫВАЕТСЯ, несмотря на служебные обстоятельства и уважительные причины, вам и каждому из вас явиться и предстать перед ГРАНД-ЖЮРИ, олицетворяющем народ Соединенных Штатов Америки». Далее указывались время и место и в завершение: «По обвинению в преступлении, предусмотренном Статьей 18 Кодекса США». Затем указывалось, что если я не приду, то буду признан виновным в неуважении к суду и буду подлежать преследованию по закону.

Что ж, теперь, по крайней мере, я знал, какой закон нарушил. Статья 18 Кодекса США. Никогда о такой не слышал. Я перечел письмо и был поражен первым предложением. Как писателю оно мне очень понравилось. Его, должно быть, взяли из старого английского законодательства. И удивительно, насколько ясно и кратко юристы могли выражаться, если хотели, не оставляя пространства для неправильного толкования. «ПРЕДПИСЫВАЕТСЯ, несмотря на служебные обстоятельства и уважительные причины, вам и каждому из вас явиться и предстать пород ГРАНД-ЖЮРИ, олицетворяющем народ Соединенных Штатов Америки».

Здорово. Такое мог написать Шекспир. И теперь, когда это наконец случилось, я, к своему удивлению, почувствовал какой-то подъем, необходимость собраться с силами, выиграть или проиграть. В конце рабочего дня я позвонил в Вегас и застал Калли в офисе. Я рассказал ему, что произошло, и сообщил, что через неделю предстану перед гранд-жюри. Он велел мне держаться и не волноваться. Завтра он вылетит в Нью-Йорк и позвонит мне домой из гостиницы.

Книга 4
Глава 17

За четыре года, что прошли со дня смерти Джордана, Калли удалось стать правой рукой Гроунвельта. Не будучи уже мастером расчета комбинаций за игорным столом, теперь играл он редко, оставаясь все же игроком в душе. В отеле его называли настоящим именем, Калли Кросс. В телефонном справочнике его код был «Занаду Два». Но самое главное, теперь Калли обладал «правом карандаша», наиболее серьезной и желанной привилегией Лас-Вегаса. Просто нацарапав на клочке бумаги свои инициалы, он мог предоставлять наиболее ценным клиентам и друзьям бесплатный номер, бесплатную еду и бесплатную выпивку. Пока еще он не мог безгранично распоряжаться «карандашным правом», в отличие от совладельцев отеля и более важных менеджеров казино, но и это не уйдет от него.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию