Мое непреклонное сердце - читать онлайн книгу. Автор: Джо Гудмэн cтр.№ 119

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Мое непреклонное сердце | Автор книги - Джо Гудмэн

Cтраница 119
читать онлайн книги бесплатно

Ни Колин, ни Мерседес не проронили ни слова, и граф Розфилд был благодарен им за это.

— Вы не знаете, что и сказать, не так ли? Не утруждайте себя поисками ответа. Я прекрасно знаю, сколько неприятностей доставил вам мой сын. Вы, наверное, думаете, что я приехал к вам ночью лишь затем, чтобы сообщить это печальное известие, но я и в самом деле собирался к вам. И только из-за смерти Маркуса явился так поздно.

Удивление Мерседес было написано на лице. Но капитан Торн, как заметил граф, умел скрывать свои чувства.

— Капитан, в гостиной вы найдете моего человека, у него есть документы, которые будут вам чрезвычайно интересны. Принесите их, пожалуйста. И я все вам объясню.

Слегка удивленный, Колин поднялся и вышел из биб-лиотеки. Он вернулся через несколько минут. Мерседес и граф тихо беседовали и сразу замолчали, когда он вошел в комнату. Он передал документы графу. Они были перевязаны черной лентой, а цвет бумаги говорил об их почтенном возрасте.

Граф прислонил трость к ручке кресла и положил документы к себе на колени.

— Я нашел эти документы в доме Маркуса в Лондоне. Он не имел никакого права держать их у себя. Они принадлежат мне. Они перешли ко мне двенадцать лет назад, когда умер мой поверенный. Я не знаю, в какой момент Маркус нашел их, прочитал и понял их суть. Он никогда не говорил мне, что они у него, а я не обнаружил пропажи. Я всегда был уверен, что они надежно хранятся вместе со всеми остальными вещами, с которыми не хотел бы расставаться, но которые не нужны мне каждый день.

Дрожащими пальцами он поглаживал перевязанные лентой бумаги.

— Простите меня, — сказал он. — Вы так добры, что выслушиваете меня.

— Пожалуйста! — Мерседес была искренне тронута. — Если это вам так трудно, то пусть все останется как есть. Может быть, этим бумагам, что бы там в них ни было, лучше лежать на своем старом месте?

Но граф и слышать об этом не хотел. Выпитое виски вернуло живые краски его лицу.

— Нет, я сейчас все скажу. То же самое я сказал и Маркусу, и он понял, что это означало для него. — Голос его понизился до шепота. Трудно было сделать такое признание. — Быть может, это и привело его к такому печальному концу.

— Вы слишком много берете на себя, — тихо сказала Мерседес.

Граф Розфилд поднял руку, останавливая ее.

— Не более, чем я заслуживаю, — ответил он. — А может быть, и меньше. — Он стиснул пальцы и положил руки на бумаги, лежащие у него на коленях. — Вы прочтете их после того, как я уйду, но позвольте мне объяснить их содержание. Они представляют собой гигантский труд, проделанный мистером Эллиотом Уиллогби, который был у меня на службе более тридцати лет. Последние восемь лет своей жизни он посвятил розыскам моих внуков.

Мерседес пожала плечами.

— Но не детей Северна?

— Конечно, нет. Он сам был тогда еще очень молод. Это были дети моего первенца — сводного брата Маркуса. Мерседес, у меня было трое детей: Джон, Джеймс и Маркус. Джеймс умер ребенком. Скарлатина унесла и его, и мою жену, но Джон остался в живых. Он вырос и стал пригожим мужчиной. Как и его отец, он был своеволен, упрям и горд, но в отличие от меня Бог наградил его еще терпением и щедрым, отзывчивым сердцем. — Граф откашлялся и нерешительно спросил:

— Могу я говорить откровенно?

Мерседес кивнула. И заметила, что Колин воздержался от ответа.

— Маркус — мой внебрачный сын, дитя неудачной и неразумной любовной связи. До четырнадцати лет он жил со своей матерью и, возможно, оставался бы с ней и дальше, если бы не смерть моего первого сына. После подтверждения этой страшной вести я сделал то, о чем Джон просил меня уже несколько лет: я признал его сводного брата своим законным сыном.

— Я ничего не знала об этом, — сказала Мерседес, качая головой.

— Это было так давно, — сказал граф. — Вы были ребенком, а Маркус никогда и никому не рассказывал о своем происхождении. — Взяв опять свой стакан, он глотнул виски и, передохнув, продолжал:

— Можно сказать, что Маркус был причиной разлада между мной и Джоном. Джон был яркой, незаурядной личностью и обладал исключительно сильным характером. Я возлагал большие надежды на его карьеру на политическом поприще. Но он был так же независим и в сердечных делах и заключил неравный брак. По крайней мере мне так казалось. Женщина, в которую он влюбился, не имела ни титулов, ни приданого, ни известного имени. Она была актрисой, подумать только! Их женитьба казалась мне совершенно нелепой затеей, и я открыто выразил ему свое неудовольствие. Я сказал, что в свое время тоже имел связь с актрисой и что у меня хватило ума не жениться на ней.

Граф рассмеялся, и смех его был полон горечи и издевки над собой.

— Вы не можете себе представить, как он посмотрел на меня. Я уже и тогда ходил с тростью. Больше из желания покрасоваться, чем по необходимости. И я ударил его этой тростью. Да не один раз, я просто стал избивать его. Он стоял молча, не пытаясь защититься, и продолжал бы вот так принимать удары, если бы не сломалась моя палка. Вы, Может быть, подумаете, что он тогда сразу ушел навсегда из моей жизни, но это не так. Он еще верил, что сумеет достучаться до моего сердца. Представляете себе? Мой сын пытался убедить меня пересмотреть мои принципы! Он уговаривал меня начать общаться с Маркусом и признать его своим сыном. Я и слушать ничего не желал. Ведь я выполнял свой долг, обеспечивая материально, без всяких возражений, и Маркуса, и его мать в течение многих лет. И я сказал тогда, что этого достаточно. Более чем достаточно.

— И тогда он уехал, — сказал Колин. Он почувствовал, как Мерседес просунула свои тоненькие пальцы внутрь его ладони. — Потому что его нельзя было заставить свернуть с выбранного им пути. Он любил ее — я знаю это точно. Эмили, так ее звали, поддерживала его в первые годы их семейной жизни. Она продолжала играть на сцене. Я не помню те годы. Она оставила театр, лишь когда отец нашел должность служащего в суде.

Граф совершенно не удивился, что Колин обо всем догадался.

— Ты похож на нее. Ты ничего не взял от Джона.

Колин ничего не ответил.

— Разве что его проклятую молчаливость. Мой Джон мог молчать долго. И вот так же смотреть, как ты на меня. Но у меня уже нет сил поднять на тебя палку.

— Я бы этого и не позволил. Граф Розфилд печально улыбнулся:

— Нет, конечно. Я в этом уверен. Ты сильнее, чем он. Сразу видно. Но ведь ты был вынужден стать таким, верно?

Он поднял с колен документы и, немного подержав в руках, снова опустил.

— Когда мой сын покинул меня, он сделал все, чтобы навсегда исчезнуть с моего горизонта. Он изменил фамилию и уехал из Лондона. Я был слишком горд, чтобы тут же броситься за ним в погоню, а потом было уже поздно. — Он судорожно вздохнул, будто сдерживая рыдания. — Твоя мать писала мне, извещая о рождении каждого моего внука. Она не называла имени, не описывала внешность, не сообщала никаких подробностей, но я заучивал наизусть все ее послания. И я молил Бога о следующем внуке, потому что я мог тогда получить от нее весточку.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению