Прямо передо мной вихрем пронёсся парень, схватил тарелку из фольги - такие на Земле использовались как формы для выпечки, - набросал туда всего и вперемешку, и умчался прочь.
Решив последовать его примеру в мобильности, но не в скорости, взяла тарелку и стала собирать свой завтрак. Прихватив стаканчик с кофе, направилась на выход.
К этому моменту уже мечтала уподобиться тому парню-вихрю из-за прожигающего мне спину взгляда э'рина. Я не оборачивалась, потому знать наверняка, что это он, не могла, но кто же это мог быть ещё?
Устроившись во внутреннем парке, с наслаждением позавтракала, наблюдая за студентами так же занятыми поглощением пищи.
Возможно, сегодня был открыт только какой-нибудь малый зал столовой, летний так сказать, потому как большинство студентов явно расположилось на улице и зимой такой фокус не провернёшь. Должно быть ещё помещение, правда ведь?
Сыто облизнувшись и допив остатки кофе, выбросила одноразовую посуду и направилась на занятие.
- Представьте себе городок с небольшим количеством жителей, - начал лекцию си'рин Граддель. - Взаимодействуя, они создают удивительные сочетания своих лучших или худших качеств. Они дополняют друг друга, укрепляют друг друга, создают своим союзом нечто новое. Этот городок - наша с вами реальность, а жители - символы. Кожа носителей же - видимое нам проявление вселенной, коллективной бессознательной сети.
Под удивлёнными взглядами а'ринов я привычно делала заметки.
По сравнению со вчерашней лекцией второго порядка, эта была куда абстрактнее, проще, понятнее и... скучнее.
В частности для меня, ведь многое из лекции си'рина я уже знала со слов дедушки. Кое-что также уловила из лекции э'рина Леона, так что теперь находила скорее подтверждение того, что всё правильно поняла, чем что-то новое.
Но, судя по сосредоточенным и заинтересованным лицам моих сокурсников, такое впечатление лекция производила лишь на меня.
После окончания занятия три мужских голоса наперебой обсуждали новые для себя темы. Даже застенчивый Иден оживлённо что-то подтверждал, выдвигал предположения... И лишь одна я вяло поддакивала в нужные моменты - на этом моё участие в дискуссии завершалось.
В столовой захватила еды на вынос и быстренько ретировалась к себе в комнату.
С таким же интересом, как парни обсуждали сегодняшнюю лекцию, стала просматривать свои каракули, нацарапанные вчера. Почти ничего из сказанного э'рином я не запомнила вовсе, большую часть - не понимала от слова «совсем», но пыталась разобраться.
Тема настолько увлекла меня, что я абсолютно забыла о времени. Пришла в себя в начале ночи и то лишь потому, что, глядя на часы прикидывала - прилично ли прямо сейчас ломануться к наставнику за пояснениями.
Конечно, было слишком поздно, а на утро я вообще решила что это плохая идея даже в дневное время.
Разве не я хотела не выделяться? Я. Ну вот и всё. Нормальные а'рины-первогодки в восторге от речи си'рина Градделя и, если и побегут за консультацией, то именно к нему.
Придя к такому выводу, забежала в столовую и отправилась на лекцию. Сегодня она была от си'рина Аллоры.
Начала си'рин с общих слов о кровавых камнях - то, что я уже итак знала после близкого знакомства с одним из них. Дальше же она зашла в такие дебри целительства, что я никак не могла разобрать где заканчивается наука и начинается магия. Всё сливалось в один сплошной поток непонятных формул и слов, которые иначе, чем ругательными, назвать не могла.
Единственное, за что зацепился мой слух - упоминание настойки карсхи. Подловив момент, когда Аллора перестала тарахтеть, попросила её вернуться к настойке и уточнить что это такое.
- Настойкой карсхи зовётся настойка из редких листьев реббулы белоцветной, ягод жимолости ядовитой, пыльцы ялиссы первоцветной и семян парусника лилового.
Отличный ответ.
- Но ведь парусник лиловый - это легенда! Существуют лишь парусник синий, золотистый и бережной, он же - белоголовый.
- Похвальные познания в ботанике, а'рин Иден. И вы почти правы. Почти, - скупо улыбнулась Аллора. - Парусник лиловый существует, но в настолько пренебрежительно малых количествах, что принято считать его вымершим видом. Целые поля парусника лилового - действительно легенда, но сейчас ведётся активная работа над восстановлением вида, а потому все растения содержатся под строжайшим контролем.
Довольно посмотрев на ошарашенного новой информацией студента, она продолжила:
- Возвращаясь к вопросу о настойке, то её назначение банально - это настойка правды. Тонко реагируя на изменения в организме при произнесении лжи, она блокирует способность говорить именно в тот момент, когда человек собирается соврать.
- О каких изменениях идёт речь? - снова встрял необычайно словоохотливый Иден.
- Думаю, не стоит вдаваться в такие подробности в рамках базового курса, - ответила ему си'рин. - Мы можем обсудить это отдельно и даже взять как тему для годового проекта.
Её подопечный радостно закивал и лекция продолжилась.
К концу дня сверкал энтузиазмом один лишь Иден, кажется, уже успевший влюбиться в свою наставницу.
Остальная наша троица была согласна лишь в том, что для общего развития такие знания неплохи, но идти в целители - ни за что!
Про себя также порадовалась что никаких экзаменов по этому предмету у нас не будет.
После занятий решила полистать свой букварик - как про себя называла первую книгу а'рина. На страницах уже привычно змеились знакомые символы. На первой они были выстроены в ряд, на следующих начинали сворачиваться в спирали, извиваться и разниться размером. Словом, становились больше похожими на то, что было на моей коже, а не на структурированную последовательную вязь текста из книги.
Я вернулась к первой, простейшей странице и провела пальцем поочерёдно по каждому из символов.
Даяха. Ейстер. Ваадха.
Мгла. Балаганщик. История.
Что бы это могло значить?
Я стала повторять про себя: мгла, балаганщик, история. Мгла, балаганщик, история... На что-то это было похоже, догадка буквально крутилась в уме, но всё никак не оформлялась в связную цепочку слов.
Мгла, балаганщик, история. Мгла, балаганщик... История! Университет, Эллизиум!
Мгла как чёрный, чернила, балаганщик - тот, кто всегда в пути, и история, открытия. По количеству слов не совпадало, но, видимо, открытия не могут быть маленькими.
Это приветствие а'ринов. Ну конечно же!
- Чернильного пути и великих открытий! - воскликнула, радостно подпрыгнув на стуле.
Как только я это произнесла, символы засветились, а, погаснув, сменили цвет чернил с чёрного на золотой.