Александр II. Жизнь и смерть - читать онлайн книгу. Автор: Эдвард Радзинский cтр.№ 61

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Александр II. Жизнь и смерть | Автор книги - Эдвард Радзинский

Cтраница 61
читать онлайн книги бесплатно

В газетных статьях французы сочувствовали покушавшемуся. Александр был в бешенстве. Зачем он приехал их защищать, коли эти вздорные люди так нас не любят? Недаром отец ненавидел вечно мятежных французов!

Он больше не любил прекрасную Францию. И аплодировал фразе цесаревича: «Надеюсь, мы скоро оставим этот вертеп?»

Но программу визита царь решил выполнить до конца, чтобы никто не посмел подумать, будто государь всея Руси мог испугаться выстре­ла жалкого поляка. Императрица Евгения трогательно попыталась сесть в коляску рядом с ним — со стороны, обращенной к опасной улице. Конечно же, он решительно попросил ее никогда больше этого не делать.

Уже в Петербурге он узнал итоги процесса над поляком. Царь был уверен, что они приговорят его к смертной казни, и тогда ему придется сделать необходимый жест милосердия: просить отменить смертную казнь. Но французы избавили его от жеста лицемерия. Адвокат Березовского под аплодисменты публики поносил Россию. Поляка приговорили к пожизненному заключению. Газеты радостно писали, что Березовского наверняка скоро выпустят.

Он вернулся в Петербург с твердым убеждением, что России лучше ориентироваться на союз с Германией. Французы и Севастополь стали одной из причин смерти его отца. Он обязан был никогда не забывать этого, но попытался забыть. И был тотчас наказан поляком. И в том, что теперь неминуемо должно было случиться с Францией, он уже видел руку Господа, карающего французского императора за пролую несправедливость. Он был уверен: дни Наполеона III сочтены, и огненные буквы уже горят на стене его Валтасарова дворца.

Все именно так и случится. Пруссия нападет на Францию. И разгромит ее. Окруженный под Седаном, старый враг его отца, Наполеон III, ка­питулирует. Но последствия этого будут страшными для династии Ро­мановых. На границах России возникнет мощнейшая Германская им­перия с давней идеей «Марша на Восток».

Так что именно тогда, в результате выстрела поляка, были брошены в почву зерна будущей мировой войны — катастрофы, во время кото­рой и падет его династия.

Так причудливо отомстила польская кровь.

Императрица «встретила его с глазами, полными слез». Напомнила, как молила не ехать. Потом говорили на общие темы. И только тогда, когда он уходил, Маша сказала: «Я прошу тебя уважать во мне импе­ратрицу, даже если ты не сможешь уважать во мне женщину».

Он уже не мог жить без Катеньки. Он писал ей безумные письма с объяснениями в любви, мешая русский с французским. Цитаты из писем 1866 года (находятся в коллекции С.Н. Батурина):

«14 августа 1866 года... Когда я тебя увидел издали в аллее, у меня сердце забилось так сильно, что я весь задрожал и ноги у меня едва не подкосились, и все время потом мне хотелось просто пищать от радо­сти».

«12 ноября 1866 года.

Не забывай, что вся моя жизнь в тебе, ангел души моей, и един­ственная ее цель видеть тебя счастливой, как только можно быть счас­тливой на этом свете».

И подчеркнул эти слова.

Екатерина Великая была права — сердечная ненависть друг к другу — главная черта русского двора. И теперь все дружно жалели «нашу святую», то есть императрицу. И ненавидели Катеньку. Особенно обеспокоился Шувалов. Как и положено главе тайной полиции, он был обязан думать о будущем. И это будущее его тревожило. Происходило что-то совсем непонятное. Вместо понятного мельканья бесконечных фрейлин, вдруг объявилась эта странная юная девица, которая явно свела с ума императора. Оказалось, он видится с ней каждый день. А когда не видится, пишет ей письма. А если она родит государю? Ведь императрица чахнет на глазах. И государь, безумный в люб­ви, вполне может жениться. И тогда вместо нынешнего наследника, который с восторгом слушал рассуждения покойного Муравьева-Вешателя и его, шуваловские, идеи о возрождении дедовского самодержавия, возникнет вероятность другого наследника...

Шувалов торопится. Он начинает борьбу, науськивая большую романовскую семью на новую фаворитку. Граф осмелился сказать: «Оказалось, мы поехали в Париж из-за этой!.. Из-за нее рисковали драгоценной жизнью Государя!..»

Государю передали. Но глава Третьего отделения отлично справлялся со своими обязанностями. И государь стерпел. Пока стерпел.


Часть третья. ПОДПОЛЬНАЯ РОССИЯ

Глава девятая. РОЖДЕНИЕ ТЕРРОРА

Ему грезилось, что весь мир осужден в жертву какой-то страшной неслыханной и невиданной... моровой язве. Появились какие-то трихнины — существа микроскопи­ческие, вселявшиеся в тела людей. Люди, принявшие их, тотчас становились бесноватыми и сумасшедшими, но никогда люди не считали себя так умными и непоколеби­мыми в истине, как считали себя зараженные. ..Люди уби­вали друг друга в какой-то бессмысленной злобе.

Ф.М. Достоевский «Преступление и наказание»


ПУТЕШЕСТВИЕ К ВЛАСТИТЕЛЯМ ДУМ

После покушения 1866 года множество молодых людей, причастных к студенческим волнениям, были исключены из университетов. В бунтах и революциях участвуют, как правило, весьма не бедные молодые люди. И поэтому исключенные из университетов в России отправились учить­ся за границу.

И вот уже на перроне стоят провожающие: безутешные родители и лакеи. И в ожидании состава вздыхают о временах, когда в Париж езди­ли в каретах и не было всех этих ужасных крушений, о которых так часто пишут газеты. Наконец, показался паровоз — с угрожающе огром­ным колесом. Сверкая черной сталью, свистя, сипя, изрыгая клубы пара из высокой трубы, паровоз 1866 года встал во главе состава. Появился на перроне жандарм в длинной шинели. Раздался второй звонок. И вот уже тревожно ударил вокзальный колокол, пронзительно засвистел обер-кондуктор, и плавно тронулся поезд. Родители, утирая слезы, остались сто­ять на перроне, а провожающие лакеи, кланяясь, бежали по платформе.

Как легко стало передвигаться по Европе во второй половине XIX века. Как помогают железные дороги всем, имеющим проблемы с полици­ей. Как много они сделают (как и все технические достижения) для пользы ниспровергателей во всем мире.

И, прежде чем осесть в избранном университете, русские молодые люди, опьянев от свободы, движутся по Европе.

Нет, они не стремятся в греховный Париж, как их отцы, деды и прадеды.

Наполеону III только казалось, что он навел там порядок. Париж — все тот же город заговорщиков, поэтов, памфлетистов, кокоток, салонов и тайных обществ — «нервный центр европейской ис­тории, регулярно посылающий опасные импульсы в Европу».

Но чтобы понять это, надо было проникнуть в тайную жизнь Парижа.

Для молодых русских нигилистов это было недоступно да и неинтересно.

Есть для них столицы куда притягательнее, ибо там сегодня живут властители дум передовой русской молодежи.

Это, конечно, Лондон. Здесь поселился Герцен — культовая фигура, за одну переписку с которым в России по-прежнему отправляют на каторгу. Человек-символ. Когда-то в XVIII веке знатные путешественники по Европе ездили на обязательное поклонение к Вольтеру. И теперь, через сто лет любой свободомыслящий русский за границей стремится тайно повидать опасного изгнанника.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению