– Так ты еще общался с мамой?
– Да, дракошка, я еще общался с мамой. В те редкие моменты, когда ее накрывало прозрение. Жаль, что этих моментов было так мало. А потом в наш мир пришли эльфы. Они были первыми, кто дал деру с Земли. Дед принял их радушно, так как эти пришельцы обладали магией Земли в совершенстве и смогли возродить леса, усыхающие после разрушительной магии райлов. Но они были не единственными. Вслед за ними шли вампиры, гномы, оборотни и люди. Последние были самыми опасными. А еще их всех интересовала магия райлов и их артефакты. Жадные к знаниям и силе, желающие объять необъятное… И вот с этого момента начинается наша история.
– То есть это была лишь присказка? Сказка будет впереди? – Я все так же ходила по краю крыши, а он сидел, прикрыв глаза и призывая призраков тех дней.
– Ты все правильно поняла, – с горькой усмешкой ответил дракон.
– Постой, тогда тебе не пять тысяч…
– Да, мне, если быть точным, шесть тысяч семьсот двадцать три года. Страшная цифра…
– Не для дракона, – тихо ответила ему. – Просто я жила на Земле, и для человека это страшная цифра. У нас за шесть тысяч лет целая цивилизация случилась, причем не одна, а несколько, а у вас, точнее у нас, здесь случилось лишь одно свержение династии. Хотя, если учитывать, что ты внук предыдущего короля, и свержения то не случилось.
– Ты права и не права одновременно, – уклончиво ответил дракон. – Свержение династии состоялось. Но обо всем по порядку. Я не совсем последователен, но ты первая, кому я все пытаюсь объяснить. Сядь, пожалуйста, – и он ухватил своей ладонью мою руку, заставив остановиться, и потянул на себя, вынуждая сесть. – Теперь о главном, вернее о главных, из-за кого это все и случилось. Ты знашь, что у каждого мира есть свои творцы…
– Творец, ты хочешь сказать? – искренне не поняла я.
– Нет, именно Творцы, – поправил он меня. – Это те, кто помогает жителям конкретного мира жить и существовать. Их несколько. Обычно это очень сильные маги, преодолевающие порог бессмертия. В нашем мире их было семеро. Чтобы уклад жизни не менялся и все происходило так же ровно и спокойно, как было до этого, нужно было лишь раз в полнолуние жертвовать девицу…
– Что? – я резко дернулась, высвобождая свою ладонь. – Вы приносили жертвы?
– Да, девочка моя, мои предки – райлы приносили жертвы тем, кого пришельцы назвали богами. А мы просто именовали их Творцами. Раз в полнолуние жребий определял ту из чистых, что должна была явиться на мыс Антари. Там ей на берегу океана перерезали горло и оставляли умирать на песке, омываемой волнами. Не смотри так на меня, – вдруг возмутился мой собеседник. – Я лишь констатирую факты. На утро девицы не было. И райлов не интересовало, забрала ли вода жертву либо боги ею попользовались.
– Извращенцы ваши боги, – передернуло меня.
– Не то слово, – легко согласился собеседник. – С этого и началась моя проблема. Я с детства не понимал этого варварского обычая и высказывал неоднократно свое недовольство деду, но тот был непоколебим, считая, что жизнь его народа дороже каких-то там девиц. Он правил как умел. В какой-то момент я встретил юную деву. Она была прекрасна. Из рода оборотней-рысей, рыжеволосая, гибкая, зеленоглазая, покорила мое юное сердце. Я влюбился, первой юношеской любовью было поражено мое сердце. Про это узнал дед. Илаю отдали богам…
Дракон замолчал, а я только и смогла, что погладить его по плечу. Он принял мою ласку, не отверг, лишь больше согнулся в своей боли и сожалении.
– Шан, не жалей, – жалобно простонала я. – Иначе я сейчас разрыдаюсь.
– Прости, – глухо произнес он, мягко погладив мою ладонь. – Прошло шесть тысяч лет, а седце все болит.
– Мы не забываем своих любимых, – тихо ответила ему, – мы просто храним память о них глубоко в своем сердце.
– Да, ты права. В моем сердце до сих пор она – Илая. Такая милая, искренняя, открытая. Он сам ей перерезал горло… – Дракон судорожно сглотнул. – Я вырвал ему глотку руками, точнее драконьими когтями, когда узнал. На следующий день я стал новым правителем Ирдарии, но ее уже было не вернуть. Никто не знал, кто убил деда, меня чествовали, а внутри душу юного дракона рвала боль утраты. Тогда я и поспорил с ней… Урарта – богиня Смерти, чтоб ее… – дальше пошла непечатная матерщина, но я стерпела, понимая, что испытал этот потомок райлов и драконов, сама пережила ту же боль. – Она предложила вернуть то, что забрал ее брат, Ироний, бог вечной жизни, глава их пантеона. Но назначила цену – мою драконью магию. Я согласился, не раздумывая.
– Почему такая странная цена?
– По ее словам, драконам не место на Ирдарии. И ни один из Творцов не желает видеть на троне того, кто способен поспорить с ними в силе и могуществе.
– Кажется, я начинаю понимать – мы, драконы, инородны для этой планеты и ее создателей. Те, кому они покровительствовали, имели в своем распоряжении магию, милостиво подаренную Творцами, но не способную им противостоять. Лишь отголосок их силы. Так вот откуда ростут ноги у патологического желания кучки темных магов истребить нас. Постой, а не Творцы ли и объединили эту группу дебилов с целью стереть крылатых с лица Ирдарии?
– Ты забежала наперед, но мыслишь в верном направлении. Но в тот момент, когда Урарта предложила мне сделку, я не задумывался так глубоко, ослепленный лишь желанием вернуть свою любовь. Магии драконов я лишился с ходу. Мне оставили только способность менять ипостась, так как это часть моей сущности, и чтобы запретить мне оборот, нужно меня попросту убить. Что не входило в планы Творцов. Надо ли говорить, что Урарта вернула мне Илаю, вот только…, – и он горько усмехнулся. – …это было тело без души, которая ушла в оплату жертвы. Она ходила, разговаривала, спала, ела, но все это делала словно бездушная кукла. На ее холодном лице не осталось ни одной живой эмоции.
– Это что-то вроде зомбика? – уточнила я.
– Вроде, только немного не так. Она не нуждалась в подпитке создателя. Я вытерпел месяц. Затем пошел в храм Урарты, ведя за руку бывшую возлюбленную, ни мертвую, ни живую. Там, возложив ее на алтаре, сам перерезал ей горло, призывая «милостивую» богиню. Не смотри на меня так, маленькая дракошка. Просто представь, что тебе вернут твоего любимого дракона в виде безэмоциональной куклы. Ты хотела бы этого?
Я вздохнула, покачав головой под его пристальным взглядом.
– Наверное, я поступила бы так же, как поступил в свое время ты, – тихо прошептала, сама себе до конца не веря.
– Я шел к ней, зная маленькую тайну. Для этого весь месяц потратил на массу манускриптов и понял одну вещь. Для наших Творцов смертельны даже когти дракона, не говоря об их магии. Урарта явилась почти сразу, как только первые капли едва теплой крови упали на алтарь. Среди чувств, которые отразились на лице Создательницы, преобладали страх и растерянность. А еще, в ложбинке меж ее грудей на золотой цепочке пульсировал и мерцал алый шарик моей магии в стеклянной амфоре. «Что тебе надо, райл?» совладав с собой, и вложив гневные нотки в свой вопрос, сказала она. «Можешь забрать то, что дала мне и верни мою магию. Сделка была неравноценной» «Вот как? И почему же? Я же вернула тебе твою возлюбленную» Хриплый полусмех-полустон вырвался из груди. «О да, вернула. Только я не извращенец спать с живым мертвецом» Она изобразила удивление: «Вот как ты заговорил? А еще недавно на коленях молил меня спасти твою любовь» И я понял, что вот он, мой шанс, пока она уверенна, что заболтала меня. Резко рванув на ней цепочку, я ударил оземь амфору, а освободившийся дар сам впитался в своего владельца. Испуганная Урарта с изумлением оглядывала меня, не зная, что ждать дальше. А я не позволил ей долго думать. Выпустил драконьи когти и разорвал ей глотку, подхватывая падающее тело одной из семи Творцов и перемещаясь с ним на берег, где уже тысячелетиями каждый месяц оставляли юных несчастных девушек, не успевших познать радость первой близости с любимым. Бросил ее тело, бьющееся в судорогах, отчего из горла кровь вылетала толчками, орошая все вокруг, я уж молчу о себе, полностью залитом ею, прямо у кромки воды. С первой волной, омывшей ее тело, явился он, верховный Творец, брат покойной богини. Лицо Ирония было перекошено яростью и гневом, но мне не было страшно. Душа уже умерла, как я тогда думал, а тело…