– Это кощунственно, не почитать старость уважаемой мебели. Ходят тут, мостят свои костлявые жопы куда ни попадя, а ты мучайся потом, совсем совесть потеряли, хотя, их у некоторых и отродясь не водилось… – ну и в таком же духе.
Профессор Нароэ, с непередаваемым изумлением реагируя на наглое кресло, попытался привстать, да только кинул взгляд на окно, и там, на той самой левой шторе появилась изящная эльфийка в … голая она была, почти, если одеждой можно назвать крохотный треугольник, закрывающий самое интимное оно… и давай вытанцовывать такие фигуры… Нароэ нервно икнул, Данаэль закашлялся мне в волосы. А я… я пыталась понять, почему мы тоже видим безобразие на окне, ведь Сэм говорил, что это будет видеть только Нароэ и только из кресла. Перемудрил он явно с заклинанием.
Вот, леший ему в дядьки. И чего теперь? Как выкручиваться? Профессор подскочил с кресла, словно ужаленный и прошел к тому стеллажу, что у окна, другой не мог выбрать, что-ли?
– Здесь где-то лежал список, составленный мною после переписи всех артефактов, – тщательно пытаясь сохранить лицо, он протянул руку к одному из свитков, тот же, возмущенно крякнув, отпрыгнул от него подальше. – Может Вы попробуете его поймать? – обреченно посмотрела на Данаэля бедная жертва студенческого, и не только, произвола.
Данаэль, освободив наконец-то меня от захвата, резким шагом, выдававшим легкое раздражение, прошел к стеллажу и рывком схватил возмущенно крякающий свиток. Я уже не могла держать себя в руках, так меня распирало от абсурда происходящего в кабинете. Я понимала, что произошел серьезный инцидент, пропал какой-то ценный предмет, а меня тянуло только на истеричное ржание. Игнорируя кряканье, Дан подошел к столу и разложил свиток на нем, придавив с двух сторон толстыми фолиантами, чтоб не сбежал.
– Показывайте, Эдвин, что пропало, – обратился он к Нароэ.
Тот подошел к свитку с другой стороны, и, взяв перо, подчеркнул что-то в нем.
– Да Вы с ума сошли, профессор! – разъяренно взвыл Дан. – Вы хоть понимаете, какие могут быть последствия, если он попадет не в те руки. Да еще и накануне помолвки! Сами доложите императору? – ехидно поинтересовался у еще более побелевшего, хотя куда уж дальше, профессора.
– Да Вы что, д-директор, я… Это все Ваша подстилка и эти две малолетние…
– Заткнитесь, Эдвин! У вас разум помутился? Вы даже не представляете, кого сейчас оскорбили! – возмущению Дана не было предела.
– Дан, не надо, – прошептала я, зная, что меня он услышит. – Это сейчас не важно. Что пропало?
– Амулет Пробуждения, способный вызвать в наш мир давно умершего темного мага-некроманта. Он сам когда-то его так настроил в надежде, что о нем кто-то вспомнит. Но ты же понимаешь, что будет, если его пробудит не тот…
Меня передернуло от отвращения. Для меня это все лишь байки сумасшедших фантазеров, не более того, но если есть магия, то почему не может быть и некромантов, подымающих гнилых мертвецов. Жуть!
– Я не буду спрашивать, что вы делали ночью в этом кабинете, – спокойно заметил Данаэль, некоторое время помолчав и позволив мне проникнуться всей кошмарностью ситуации. – Я все это уже увидел и услышал сам, ты мне только скажи, что вынесли из этого кабинета девчонки?
– Ничего. – Так же спокойно ответила я, взяв себя в руки.
– Совсем ничего? – недобро прищурил глазки профессор.
– Совсем ничего, – все так же ответила я. – Мы ничего сюда не приносили, и ничего отсюда не выносили.
– Она даже не скрывает, что была здесь, – провизжал на одной ноте Нароэ.
– Зачем отрицать очевидное? – уточнила я, уставая от всей нелепости ситуации. Не зря у меня после посещения данного кабинета осталось тягостное чувство, что добром это не кончится. Вот и последствия не заставили себя ждать.
– Кто еще был с вами? – неожиданно спросил Данаэль.
А я вдруг поняла, что ответ он прекрасно знает, выудил небось уже из моей головушки бестолковой, теперь проверяет на вшивость.
– Никого. Только я, Лора и Дора, – ответила я, тщательно сдерживая рвущиеся наружу эмоции.
– Тогда почему я ощущаю присутствие еще одного мага в этом кабинете?
– Мало ли кто еще мог сюда заглянуть, – небрежно пожала плечами. – С таким характером, как у многоуважаемого профессора Нароэ, доброжелателей у него хватает.
– Рина, придержи язык, – оборвал меня Данаэль, строго посмотрев своими синими глазами.
– Ваша девка кого-то еще покрывает, – обвиняюще ткнул пальцем в мою сторону Нароэ.
– Палец сломаю, – с угрозой в голосе, произнес Дан, – Вы, Эдвин, все-таки безумец. Открою Вам маленький секрет, который уже через несколько дней станет достоянием всей империи: перед Вами никто иная, как леди Тиринаэль Оберон, невеста наследника.
Нароэ нервно икнул, и, забывшись плюхнулся в кресло, а то в долгу не осталось:
– Убери свои мощи с меня, чудовище, – взвыл предмет мебели. Нароэ подхватился и с воплем негодования выскочил из кабинета.
Вслед ему понеслось карканье со шкафа:
– Удачи, профессор!
Данаэль рывком обхватил меня за талию и открыл портал перемещения. Через минуту мы оказались в беседке, где был накрыт столик на две персоны. Я устало свалилась на скамью, а Дан выгнулся от дикого ржача. Эк его проняло. Только, вспомнив последнюю фразу кресла и карканье чучела, я тоже не смогла сдержать смех. Успокоились мы лишь минут через двадцать, хотя временами еще прорывались короткие смешки.
Данаэль с красными от слез глазами, которые обильно пролились во время его истеричного смеха, подошел к столику, снял крышку с подноса, где дымились горячие блинчики с ягодным, судя по запаху, джемом. Разложив щипцами по тарелкам блинчики, он налил чай нам обоим, после чего уселся около меня.
– Приятного аппетита, дорогая сестрица, – с хитрой улыбкой сказал он.
– И тебе такого же, – ответила я вежливостью на вежливость.
Пока мы ели, смешки еще прорывались временами то у него, то у меня. Потом Дан первым нарушил тишину за завтраком:
– Я так не смеялся уже много лет, да вообще не помню, когда такое было. Здорово вы его. Сам его не люблю. Мелочный, склочный, доклады на всех строчит. Давно уже пора было его проучить. Но вы его по полной прокатили. Молодцы! Удивлен только тем, что Самаэль вам помогал, – как бы невзначай добавил он.
Я подавилась, причем в прямом смысле слова. Прокашлявшись, укоризненно посмотрела на брата:
– Какой Самаэль? Никто нам не помогал.
– Рина, ты такой ребенок. Сразу после разбора полетов с твоими новыми подружками, займемся азами твоей магии, хотя, чует мое сердце, придется тебе учителя приставить надолго. Ты ничего не знаешь о магии, абсолютно. Дверь вскрыл, как и запер потом, Самаэль, потому как на ней остались следы его магии, хоть он и постарался их затереть. С эльфийкой тоже он, у девчонок уровень магии не тот, так что… Как близняшки его привлекли?