Песнь земли - читать онлайн книгу. Автор: Кэтрин Коултер cтр.№ 67

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Песнь земли | Автор книги - Кэтрин Коултер

Cтраница 67
читать онлайн книги бесплатно

Она довольно долго лежала не двигаясь и наконец тихо сказала:

— Ты говорил, что доставишь мне удовольствие.

Он нахмурился. Да, он так говорил, это правда, но тогда он еще не выпил столько эля. Ему было плохо, но Филиппа в этом не виновата. Тогда в лесу он взял ее слишком поспешно, и все из-за своего дурацкого сна, когда она привиделась ему обнаженной… Из-за него и из-за того, что он хотел ее так давно, что уже не мог вспомнить.

— Я буду стараться, клянусь всеми святыми, — сказал Дайнуолд, постепенно трезвея. — Я постараюсь доставить тебе удовольствие.

Она не сводила с него глаз и улыбалась. Он был такой красивый, что ей хотелось плакать. Она дрожала всем телом от желания, которое, Филиппа уже знала, таилось внутри нее и которое он пробудил к жизни.

— Это будет чудесно, муж мой.

Она легла на спину и протянула к нему руки.

— Почему ты уступаешь мне так покорно? — спросил он, ложась рядом и стягивая одеяло вниз. Дайнуолд коснулся груди Филиппы, в который раз пораженный нежностью и упругостью ее тела.

— Филиппа, — прошептал он и поцеловал ее. Это был легкий, осторожный поцелуй. Она ответила ему, и он стал ласкать ее губы, пока она не разомкнула их, и тогда скользнул языком в глубь ее рта. От него не укрылось, что Филиппа на секунду замерла от изумления, и он невнятно пробормотал:

— Коснись своим языком моего.

Она выполнила его просьбу — робко, словно боялась чего-то неизведанного. Потом, задохнувшись от восторга, обвила его спину руками, и он засмеялся от удивления и счастья.

Он учил ее, как целоваться и как получать наслаждение от каждого крохотного движения языком. Он ласкал ее пышную грудь, и Филиппа, превзойдя все его ожидания, отвечала ему каждым движением своего тела, трепетом каждой его клеточки. Задыхаясь, она изгибалась ему навстречу и судорожно гладила его спину.

— Мне так нравится ощущать тебя, — еле выговорила Филиппа, прижимаясь к его покрытой волосами груди. Дайнуолд почувствовал, что она пытается раздвинуть для него ноги, и лег, уткнувшись своим напряженным копьем ей в живот, затем приподнялся и сказал:

— Прикоснись ко мне, Филиппа! О, я больше этого не вынесу… Прикоснись ко мне…

Она просунула руку между их телами и обвила пальцами его возбужденную плоть.

— О… — сдавленным голосом произнесла она, и пальцы ее застыли. — Я не думала… такое чудесное ощущение… твоя сила.

И она принялась ласкать его, гладить, словно изучая; затем обхватила обеими руками, продолжая нежные и возбуждающие прикосновения. Дайнуолд отпрянул, сел на колени и посмотрел на нее. Ее ноги были удивительно красивы — белые, изящные, и ему захотелось, чтобы они обвились вокруг него, захотелось войти в нее.

— Сейчас, Филиппа, сейчас… — только и смог проговорить Дайнуолд.

Он обнаружил, что почти протрезвел — во всяком случае, уже не такой пьяный, каким был, войдя в комнату.

В ее лице было столько ожидания, что он медленно повторил:

— Сейчас, Филиппа. Сейчас ты испытаешь наслаждение. — Прежде чем войти в нее, он чуть помешкал. — Да, настоящее наслаждение. — Он судорожно вздохнул и нахмурился. — Только помни ты моя жена и не должна меня стесняться. — Дайнуолд опустил голову и коснулся губами ее живота, потом скользнул по нему влажным языком. Он продвигался все ниже и ниже, пока не оказался у заветного треугольника. Филиппа была настолько поражена, что даже не успела сообразить, что он делает.

Дайнуолд поднял голову и увидел ее изумленное лицо.

— О…

— Лежи спокойно, все будет хорошо.

Его губы вновь коснулись ее, и она подалась ему навстречу, вся охваченная страстным томлением; Филиппа ощущала прикосновения его языка в глубине себя; чувство, о существовании которого она раньше и не подозревала, становилось все пронзительнее, сильнее… Филиппа застонала и сунула кулак в рот. Дайнуолд положил руки ей под ягодицы и приподнял их, продолжая искусно ласкать ее… Острое наслаждение достигло своего апогея, и Филиппа, не в силах больше сдерживаться, громко вскрикнула.

Дайнуолд почувствовал, как напряглись ее ноги, как конвульсивно дернулись мышцы, и последние следы его опьянения рассеялись; в голове стало ясно, как в безоблачный летний день. Он увидел свою жену, увидел по-новому: широко раскрытые, полные страсти и изумления глаза в момент, когда она, изогнувшись, всю себя отдала ему. Ее затопило неземное блаженство, и его дал ей он! Дайнуолд вдруг понял, что это и его удовольствие, и поразился. Ему захотелось избавиться от этого непривычного чувства, но оно не проходило: он словно стал частью Филиппы. Как странно! Дайнуолд с трудом мог в это поверить…

Когда Филиппа успокоилась, он, все еще возбужденный, откинулся назад, приподнял ее бедра еще выше и очень медленно вошел в нее. Ощутив себя внутри, Дайнуолд содрогнулся, застонал и, не в силах больше выносить эту пытку, задвигался взад и вперед, пока не взорвался с громким вскриком, наполняя ее своей влагой.

Ему больше не хотелось ни о чем думать, ничего чувствовать. Это было совершенно новое состояние. У него закружилась голова, и ему почудилось, что его тело разрывается на части и Филиппа сейчас увидит его душу и поймет, что она с ним сделала…

Филиппа смотрела на мужа. Он дышал глубоко и ровно, его пальцы замерли на ее груди, одна нога лежала на ее бедре. Филиппа осторожно погладила его по волосам. Он обещал ей удовольствие, но то, что она испытала, превзошло все ее ожидания. Удовольствием можно назвать новое платье или вкусную еду, а то, что он заставил ее почувствовать… Это было исступление, это могло свести с ума! И она подумала, что хотела бы вот так сходить с ума каждый день всю оставшуюся жизнь…


Луч света упал Филиппе на лицо. Она открыла глаза и улыбнулась еще до того, как увидела лицо мужа. Дайнуолд лежал на боку и очень серьезно смотрел на нее. Похоже, он играл ее кудрями.

— Что ты делаешь?

— Считаю, скольких цветов у тебя волосы. Вот эта прядь темно-каштановая, как у меня, а соседняя настолько светлая, что почти не видна на моей ладони.

— Отец когда-то ужасно сердился, что у меня не золотистые волосы.

— Он прав, они не золотистые. Ой, посмотри, как интересно: эта прядь пепельно-серая! Я уже насчитал десять различных цветов. А почему твой отец хотел, чтобы у тебя были золотистые волосы?

— Не знаю; я только помню, что он как-то разворчался по этому поводу. Мне тоже было любопытно, но он больше ничего не сказал, словно сразу забыл об этом.

— А волосы у тебя внизу… — не слушая ее, продолжал Дайнуолд.

Филиппа машинально сдвинула ноги, и он засмеялся:

— Нет, теперь ты моя жена. Я могу смотреть на тебя, сколько захочу, и ты не смеешь противиться. — Он прикрыл рукой ее лобок. — Чувствуешь тепло под моей ладонью?

Он закрыл глаза, и Филиппа почувствовала под его рукой волну чего-то более сильного, чем просто тепло. Это было желание, оно становилось все более сильным и властным, и она невольно согнула ноги в коленях.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению