Меня разместили в гостиных комнатах с видом на внутреннюю сторону двора, заросшую высокими деревьями и с неработающим фонтаном в центре. Когда мы прибыли, сына Вельямина ещё не было — слуги передали, он ещё во дворце, но к ужину вернётся.
Было немножко тяжко. Служанка, которую приставили ко мне, чтобы помочь после долгой дороги и паршивых гостиниц, неразговорчивая и недоброжелательная. Она молчаливо помогла раздеться, подготовила ванную комнату, вымыла и высушила волосы тяжёлым полотенцем. Уложив их в высокую причёску, украсила небольшой брошью с зелёным камнем в центре. Волосы ещё были влажные, поэтому она подкрутила их подобием декоративных бигуди, чтобы после они вились со стороны затылка и висков.
В столице не чурались косметики и благовоний. Поэтому девица накрасила меня и предложила на выбор несколько баночек духов. Я выбрала простой цветочный аромат. После ушла, помимо необходимого минимума слов, добавила только, что к ужину позовут.
Так и осталась сидеть в длинном платье с небольшой лёгкой шнуровкой, с красивой причёской, чистой и посвежевшей после длительного путешествия, но совершенно растерянной. Стоя возле окна, вижу, как медленно солнце спускается вниз. Здесь весна уже приступила к работе. На деревьях давно набухли почки. Со дня на день распустится первая самая сочная зелень и мир преобразится. После холода перевала, после ужасно долгой зимы, чувствую приближение чего-то хорошего. Я выжила. Я жива. От той хижины, дороги, волчьего воя и беспросветного отчаяния дошла до столицы иного мира.
Знали бы родители, что приходится делать, к чему идти. Я встречу короля! Смогу ли когда-нибудь рассказать им об этом? Им и сестре? Поделиться всем, что со мной случилось? Будет ли такой день, чтобы я обрела счастье? Чтобы все тяжести мира пали и осталось только светлое будущее?
Хочется верить, что однажды так и будет. Что у меня будет семья и собственный дом. Родятся дети, которые не будут страдать так, как я. Хочу верить в это. Ведь кто мы без веры в будущее?..
* * *
Вель предупреждал, что у его сына непростой характер. Что он сильно замкнулся после того, что случилось с отцом-бетой и матерью. Вальт во многом обвинял отца-альфу, но он не мог высказать это прямо, поэтому предпочёл сократить встречи до минимума.
Сегодня — вторая встреча за пять лет.
Вальт высокий крепкий молодой человек. Глаза, как и у Хельги — зелёные. Волосы собраны в короткий опущенный хвост, тёмные почти чёрного цвета. Волевой подбородок украшен сетью старых тонких шрамов, как паутинка, доходивших до шеи. Будто кто-то маленький как кошка царапал его лицо. В плечах он такой же ширины, как и отец. Они похожи, но сын светлее, судя по всему он ближе к своему второму отцу, Грону. Это не бросается в глаза, но видно по тому, как он глядит на отца. Словно обвиняя его в том, что другой умер.
За ужином царила холодная отчуждённая обстановка. Никто не пытался разрядить её. Вяло ковыряя в тарелке прекрасно приготовленный стейк, с удивлением понимаю, что совершенно не голодна, хотя весь день не ела. Взгляды, которые бросал на меня Вальт, отбивали весь аппетит.
— Так значит вы прибыли через портал, как и Ольга? — неожиданно спросил он, прожевав очередной кусок мяса. Он поднял руку и жестом показал на свой бокал, чтобы слуга подлил вина.
— Да, ведь он для этого и создан — уводить женщин из мира людей, — я улыбнулась, стараясь говорить, как можно чище — из-за акцента речь могла звучать так, будто мямлю. А мне этого не хотелось.
— Счастья женщинам это не приносит, — процедил он, слегка скривив губы. Задрав подбородок, посмотрел на отца. — А вы, отец, довольны?
— Чем именно, сын? — Вельямин внимательно наблюдал за отпрыском, разделавшись с ужином, медленно допивая вино. Его не особо интересовала еда, поведение Вальта было важнее.
— Ещё одна из рода людского, — Вальт холоден, в глазах лёд. — И опять неприятность. В ваших письмах было полно бед. Несчастливый год.
— Райво мёртв, — медленно выговорил Вельямин.
Звякнула посуда, парень отвёл взгляд, чтобы не показать, как повлияла на него эта новость. Он сделал несколько глотков вина и ответил почти нейтрально:
— Рад это слышать. Жаль, что потребовалось пять лет. Из-за этого безродного пса потеряли почти всю семью. Грон, Ольга, теперь и Ахлик с Броной, даже Дельмир умер. Когда в столице узнают о наших бедах, с нами перестанут считаться.
— А ты не болтай. Важно только то, что говорит наш король.
— Он… будет несдержан, — Вальт запнулся, в голосе появились сомнение и тяжесть. Такова сила королевского альфы. Никто, из сидящих за столом, никто, кто приносил присягу Демьяну, не может даже подумать плохо о короле. Вот такая власть в мире волков.
— Король справедлив, — скупо отвечает Вель, отодвигая бокал в сторону.
Я молча наблюдаю за их диалогом, понимая, что ничего не могу сказать. Я посторонняя. Опасная. Неизвестная. Кто я такая? Почему Вельямин так относится ко мне? По глазам Вальта вижу все его невысказанные вопросы. Ему не нравится моё присутствие. Он думает, что приношу беды. Он избавится от меня — дай только повод.
* * *
В гостиной разговор пошёл более открыто. Здесь не было слуг, а с острым волчьим слухом — и подслушивающих. Вельямин подробно рассказал, что случилось в замке в начале зимы. Какие бы ни были отношения между отцом и сыном, Вальт — его заместитель в столице. Он должен знать всё. Или почти всё. Вель не рассказал ему о том, кто я.
Мы расположились в глубоких креслах, тогда как Вальт остался стоять возле горящего камина. В его руке зажат очередной бокал, но пьяным он не выглядел. Скорее уставшим. Одиноким.
— Я уже начал призыв, — заявил парень, когда разговор дошёл до потерь. — И уже собрал почти двадцать волков в твою стражу. Платить придётся дороже, после нашествия диких на все дальние пределы, многие замки опустели. Если бы не приказ короля о балансе цен, мы бы вообще никого не смогли бы нанять. После случившегося — мы в шаге от разорения. Отец, нам придётся просить у короля займ, иначе нам нечем будет платить слугам и страже. Как и охотникам.
— Не волнуйся, у нас есть что заложить и кое-какие запасы на моём личном счёте. Выживем.
Меня удивило, что они обсуждали эти вопросы в моём присутствии, но видимо Вель не был готов остаться с сыном один на один.
— Я хочу знать, когда мне следует ожидать встречи с королём? — осторожно спрашиваю.
Вальт рассмеялся, почти злобно глянув на меня.
— Даже с моей протекцией ты не встретишься с королём. Здесь ты никто. На тебе нет метки твоего возлюбленного, слова моего отца недостаточно для признания твоих прав. Всего лишь человек. Нужно нечто более весомое, чтобы получить аудиенцию у короля.
— А можно обойтись без неё? Мне нужно попасть домой, как пройти через портал?
— Только с разрешения короля, — Вальт улыбнулся, довольный моей растерянностью.