Утраченный дневник Гете - читать онлайн книгу. Автор: Людмила Горелик cтр.№ 3

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Утраченный дневник Гете | Автор книги - Людмила Горелик

Cтраница 3
читать онлайн книги бесплатно

— Я к вам зашел поговорить о событии в третьей квартире, — сказал Демочкин, и Елена Семеновна вздохнула с облегчением: не с детьми.

Глава вторая
Пластиковый мешок

В комнате Демочкин сел на стул, достал из портфеля бумагу и ручку. «Прямо допрос!» — изумилась Елена Семеновна.

— Ну, что я могу сказать… — начала она, пока полицейский раскладывал на столе документы. — Я сама только что узнала от подруги, что Соня умерла.

— От какой подруги? Из этого подъезда? — заинтересовался Демочкин.

— Нет, из другого совершенно дома — далеко отсюда, на Киселевке. Они с Соней, то есть с Софьей Дмитриевной Аргуновской, хорошо знакомы, потому что внучка подруги училась у нее в школе. И у них имеются общие друзья. Поэтому подруга узнала раньше меня. Я ведь здесь живу всего две недели, мало кого из соседей знаю.

Демочкин кивнул:

— Я в курсе. Вчера вечером, или сегодня утром, или ночью вы не слышали какой-либо шум в третьей квартире?

— Нет. — Елена Семеновна покачала головой. — В этом доме перекрытия между этажами мощные и пространство большое между перекрытиями — довоенный дом, эти стены бомбежки выдержали. Поэтому снизу ничего не слышно. Внутренние-то перегородки слабые, их уж после войны восстанавливали. А снизу вообще никаких звуков не доносится.

— Понятно, — кивнул полицейский. — Вы сегодня выходили из квартиры?

— Да. Я только что вернулась с рынка. А вышла из дома в одиннадцать часов.

Тут Демочкин поднял голову от своих записей, взглянул внимательно:

— Когда проходили мимо третьей квартиры, закрыта ли была дверь? Не слышали голосов или иных звуков из-за двери? Никого не встретили на первом этаже или возле подъезда? Может, из соседей кто-то шел?

Елена Семеновна на все вопросы ответила отрицательно: дверь была закрыта, ничего не слышала, никого не встретила.

— А окна? — спросил Демочкин. — Вы не обратили внимание, не было ли у нее открыто окно?

— Закрыты были окна, — быстро ответила Шварц. — Вот на это я точно обратила внимание: ночью уже тепло, а у Сони и форточки закрыты были. Я еще подумала: как люди переносят такую духоту — сама я и зимой на ночь форточку открываю.

Полицейский молча записывал.

— А в чем дело? — спросила женщина напоследок. — Ведь это не насильственная смерть? Соня… Софья Дмитриевна плохо себя чувствовала в последние месяцы. В больнице лежала совсем недавно. Вы знаете, наверно.

— Да. Мы в курсе, — ответил Демочкин. Потом посмотрел на Елену Семеновну, будто задумался, продолжать ли разговор. И решил не продолжать: — Расследование в случае внезапной смерти проводится всегда, порядок такой. Так что, если что вспомните — сообщите.

После ухода полицейского Елена Семеновна разобрала наконец принесенные с базара сумки. Разогрела вчерашний борщ. Готовить она любила, но на одну себя как-то не хотелось. Пока наливала суп в тарелку, резала хлеб, вынимала сметану из холодильника, думала. Демочкин все квартиры обходит, после нее на третий этаж пошел. Что-то здесь не так. Умерла женщина под семьдесят, что в этом особенного? Тем более на здоровье Соня жаловалась, только что в больнице лежала после открывшейся язвы желудка… Зачем такое тщательное расследование? Чего-то не сказал этот полицейский — подозревает он что-то. Может, у него вызывает сомнения, что женщина совсем недавно прошла курс лечения в больнице от хронического заболевания…

Она вспомнила, как полицейский оживился, когда она сказала, что вышла из дома в одиннадцать. Видимо, Соня умерла в это время, около одиннадцати. Елена Семеновна начала вновь перебирать в памяти детали.

На первом этаже только одна Сонина квартира: другие помещения заняты под парикмахерскую, вернее, салон красоты, и вход в салон с улицы. В подъезде не видела никого… Было тихо. Тихо? Ах да, из Сониной квартиры слышалась музыка — Шуберт, кажется. Какой-то фортепьянный дуэт. Потому и возникло тогда у нее желание зайти к соседке. Последний раз они встретились на концерте, во время глинковской декады, то есть больше месяца назад. Даже пообщались тогда в антракте — Соня как раз с Наташкой пришла, а сама Леля была с Иркой Савраскиной.

Однако, отвечая полицейскому, о музыке она забыла. Ну, это вряд ли существенно, утешила себя Елена Семеновна. Что же там еще было? Выйдя на улицу, она оглянулась на Сонины окна. Занавески раздвинуты… Значит, соседка уже встала, музыку слушает. Что показалось Шварц удивительным — форточки закрыты, хотя сейчас и ночью тепло. Впрочем, в свете дальнейших событий это скорее положительный факт. Это означает, что никто в квартиру влезть с улицы не мог.

Так что напрасно полицейский что-то подозревает. Соня была дома одна, слушала музыку, потом ей стало плохо, в «Скорую» позвонить не успела. А все же, отчего она умерла? Кто ее обнаружил? Нельзя ли было спасти? Может, если бы у нее тогда, утром, достало наглости позвонить в Сонину дверь… Ох, и почему она не решилась зайти?!

Елена Семеновна набрала телефон Милочки.

Трубку взяли сразу:

— Леля! А я тебе тоже собиралась звонить… Ты про Соню знаешь уже?

— Мне позвонила час назад Наташа. Вот как неожиданно это бывает! Не успела я с ней познакомиться.

— Лелька! А я ведь с Соней дружила по-настоящему, с юности. И мне сейчас очень тяжело.

— Милочка, ну приезжай ко мне. Наташку прихвати, приезжайте вместе. Кофейку попьем…

На той стороне провода помолчали.

— Нет, — ответила наконец Мила. — Нет, не смогу сейчас. — Послышался всхлип.

Елена Семеновна озаботилась. Что ж с ней делать-то?! Мила, Людмила Сергеевна, раньше преподавала английский язык в университете, а в прошлом году вышла на пенсию. С Наташей ее лет двадцать назад познакомила Леля. Мила жила на Киселевке, в одном районе с Наташей, поэтому Елена Семеновна посоветовала к ней обратиться, когда искали Тане учительницу по английскому языку. Сама Леля жила в центре. С годами расстояние стало играть все большую роль. Подруги чаще перезванивались, чем встречались.

— Приезжай, Мила, — повторила она.

— Нет. — Мила опять всхлипнула. — Я не смогу сейчас на Сонину дверь смотреть. Ее ведь опечатали, наверно?

— Когда шла с рынка, я не заметила, но теперь уже, возможно, и опечатали, — кивнула Елена Семеновна. — Полицейский, во всяком случае, ходит, соседей расспрашивает. Скорее всего, подозревают врачебную ошибку. — Всхлип повторился, раздались рыдания. — Мила, Мила, ну что ты? Что с тобой? — засуетилась Елена Семеновна. — Хочешь, я к тебе приеду?

— Нет, — опять отказалась Мила. — Я сейчас успокоюсь. Лелечка, будь сама осторожнее — ты ведь рядом там… Страшно как! Ведь ее убили!

— Мила, — совсем растерялась Елена Семеновна, — что ты такое говоришь? Расследование в случае внезапной смерти всегда проводят. Конечно, меня не удивит, если имела место врачебная ошибка…

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию