Тайны египетской экспедиции Наполеона - читать онлайн книгу. Автор: Андрей Иванов cтр.№ 29

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Тайны египетской экспедиции Наполеона | Автор книги - Андрей Иванов

Cтраница 29
читать онлайн книги бесплатно

1 марта воины перешли вброд через поток, текущий из Иерусалима и впадающий в море у лежащего в развалинах Аскалона, знаменитого осадами и сражениями времен крестовых походов.

Три часа Бонапарт осматривал поле сражения, в котором крестоносцы разбили армию султана Египта и мавров Эфиопии. Он вспоминал строки Тассо.

Вечером читали вслух Священное писание, поражаясь точности и правильности описаний местности.

– Но когда же мы наконец увидим Голгофу и гроб Господень? – вопрошали бойцы.

И каково же было чувство горечи и разочарования, когда армия получила приказ двигаться в другом направлении, на Яффу.

Шли дожди, пало много верблюдов. Армия подошла к крепости. Здесь разыгралась трагедия.

Гарнизон Яффы состоял из пехоты Абдаллаха и воинов разных народностей: магрибинцев, албанцев, курдов, анатолийцев, караманийцев, дамаскинцев, уроженцев Алеппо, чернокожих из Тэку. Они совершили пару зрелищных вылазок.

Французы отбили нападения и взяли пленных, среди которых оказались албанцы (арнауты) из Аль-Ариша. Бонапарт узнал, что весь гарнизон прибыл в Яффу, нарушив условия капитуляции и данную клятву.

Бертье направил парламентера, уполномоченного заявить следующее:

«Господь милостив и милосерден. Главнокомандующий Бонапарт поручил мне передать вам, что Джеззар-паша начал военные действия против Египта, захватив форт Аль-Ариш; что Бог, который стоит на страже справедливости, дал победу французской армии, и она взяла обратно этот форт; что именно в результате этой операции главнокомандующий вступил в Палестину, откуда он хочет изгнать войска Джеззар-паши, которому никогда не следовало входить туда; что крепость обложена со всех сторон; что батареи, предназначенные для ведения настильного огня и снабженные бомбами, а также батарея, предназначенная для пробития бреши, за два часа разрушат все оборонительные сооружения; что главнокомандующий Бонапарт жалеет о тех бедах, которые обрушатся на город в целом, если он будет взят штурмом; что он предлагает свободный выход гарнизону и покровительство городу, а потому откладывает открытие огня до 7 часов вечера».

Офицера и трубача впустили, но четверть часа спустя французы с ужасом увидели их головы на пиках.

Осажденные были обречены. Артиллерия начала сокрушать стены крепости, и бреши были достаточно велики для того, чтобы начать штурм.

Бонапарт стоял на насыпи батареи, показывая полковнику Лежену, что нужно делать. В этот миг пуля сбила с него шляпу, прошла в трех дюймах от его головы и поразила насмерть полковника, рост которого составлял 5 футов 10 дюймов.

– Уже второй раз с того времени, как я воюю, рост в пять футов два дюйма спасает мне жизнь, – сказал главнокомандующий вечером.

Французы ворвались в крепость. Албанцы, окруженные в цитадели, кричали капитану Богарне и адъютанту Круазье, что станут сражаться до последнего, если им не будет дарована жизнь. Вопреки приказу главнокомандующего, молодые военные дали обещание сохранить пленным жизнь, а когда те сдались, распорядились привести их в лагерь французов.

– Что хотят они от меня? – воскликнул озадаченный Бонапарт. – Разве у меня есть чем их кормить? Или суда, чтобы перевезти их в Египет или во Францию?

– Ни вы ли настоятельно требовали от нас предотвратить резню? – вопрошал потрясенный Евгений.

– Да, вне всякого сомнения, но в том, что касается женщин, детей, стариков и вообще мирных жителей, а не солдат с оружием в руках.

«Пленников посадили кучами перед палатками, – вспоминает Бурьенн. – Руки у них были связаны веревкою за спиною. Мрачная ярость изображалась у них во взорах. Им дали по немногу сухарей и хлеба, отделенных от припасов нашей армии, и без того уже скудных». «Приказ расстреливать их был дан и исполнен 10 марта. Не отделяли, как писано, египтян от прочих пленников: их не было».

Чтобы не расходовать лишних патронов, часть приговоренных загнали в море.

«Многие из этих несчастных, – продолжает Бурьенн, – составлявших меньший отряд, казненный на морском берегу неподалеку от другого отряда, успели спастись вплавь на подводные камни, до которых выстрелы не достигали. Солдаты, положив ружья на песок, манили их назад египетскими знаками примирения, употребительными в стране сей. Они возвращались, но обретали смерть и погибали в волнах».

И спустя годы Наполеон твердо стоял на том, что казни были мерой правильной:

«Ярость солдат достигла предела, они перебили всех; город был разграблен и пережил все ужасы, достающиеся на долю города, взятого штурмом. Наступила ночь. Около полуночи была обнародована всеобщая амнистия, действие которой, однако, не распространялось на лиц, входивших в состав гарнизона Аль-Ариша. Солдатам было запрещено дурно обращаться с кем бы то ни было; удалось прекратить огонь, у мечетей, где укрылись жители, у некоторых складов и общественных мест были поставлены часовые. Пленных собрали и разместили вне стен города; но грабеж продолжался; только на рассвете порядок был полностью восстановлен. Пленных оказалось 2 500, в том числе 800 или 900 из гарнизона Аль-Ариша. Последние, после того как они поклялись не возвращаться в Сирию раньше как через год, сделали три перехода в направлении Багдада, но затем обходным путем прибыли в Яффу. Таким образом, они нарушили свою клятву; их расстреляли. Остальных пленных отправили в Египет с трофеями, знаменами и т. д. Абдаллах спрятался и переоделся в одеяние одного из монахов Ордена святой земли; он вышел из Яффы, добрался до палатки главнокомандующего и пал ниц перед ним. С Абдаллахом обошлись так хорошо, как он мог бы пожелать. Он оказал некоторые услуги и был отправлен в Каир. Семьсот погонщиков верблюдов, слуг и солдат были египтянами, они с полным доверием сослались на шейхов и были спасены. Бросаясь ночью к солдатам, они кричали «Месри, Месри», как сказали бы: «Французы, французы». Прибыв в Египет, они стали хвалиться уважением, которое им оказали, как только стало известно, что они – египтяне. 500 солдатам гарнизона удалось спастись от ярости солдат, выдав себя за жителей. В дальнейшем они получили пропуска, которые позволили им уйти за Иордан».

Вдруг появилось много заболевших (Наполеон говорит о семистах). Госпиталя, открытого в монастыре монахов Ордена святой земли, не хватало. Главный хирург Ларрей произносит страшное слово «чума». Солдаты умирали, всех охватил страх.

Монахи Ордена Святой земли, ранее помогавшие армии, заперлись и не пожелали больше общаться с больными. Санитары дезертировали.

Наполеон приказал сжечь все захваченное при разграблении Яффы: важная, но запоздалая мера.

Тогда он вошел в госпиталь и приказал оперировать нескольких больных в своем присутствии. Вождь прикоснулся к тем, «которые казались наиболее потерявшими присутствие духа», чтобы доказать им, что это не чума, и помог санитарам вынести труп из палаты.

Одров я вижу длинный строй,
Лежит на каждом труп живой,
Клейменный мощною чумою,
Царицею болезней… он,
Не бранной смертью окружен,
Нахмурясь ходит меж одрами
И хладно руку жмет чуме
И в погибающем уме
Рождает бодрость… Небесами
Клянусь: кто жизнию своей
Играл пред сумрачным недугом,
Чтоб ободрить угасший взор,
Клянусь, тот будет небу другом,
Каков бы ни был приговор
Земли слепой…
Так писал А.С. Пушкин (стихотворение «Герой»).
Бонапарт в Галилее

Презрев смерть, Бонапарт на время успокоил солдатские души.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению