Он покачал головой.
Не думай об этом, Эрини, уж я-то знаю, что ты времени даром
не теряла. У тебя есть муж и прекрасная молодая дочь. Ты сделала Меликарда
королем, более доступным для простых людей. — Кейб махнул рукой в сторону рядов
аккуратно расставленных книг. — Ты поощряешь желание научиться читать.
Единственное, к чему у меня был доступ, так это книги Хадина эльфа. В
действительности, я научился читать только благодаря ему. Теперь ты грозишься
сделать Талак вторым после Пенаклеса центром образования. — Он скрестил руки. —
Я бы мог привести еще примеры, но и этого вполне достаточно.
— На самом деле, я хочу сделать Талак в этой области не
сравнимым ни с чем, — ответила стройная королева. Улыбка не то что вернулась, а
засияла на ее лице. — Ты прав, Кейб, но я все равно не могу избавиться от
злости на самое себя за то, что все эти годы я позволяла своим силам хиреть.
— Ты видела слишком много смертей и разрушений. А родилась
ты не для этого.
— Да и ты тоже. Кейб покачал головой.
— Я внук Натана Бедлама и родной сын Азрана. Если не я
рожден для того, чтобы быть в центре всех передряг, то кто тогда? Что ни
говори, но неприятности обязательно находят меня… и вот поэтому-то я и здесь, —
волшебник подался вперед и понизил голос, — я надеялся найти здесь Темного
Коня. Я могу обнаружить следы его присутствия, но они не настолько явны, чтобы
рассказать мне, находится ли он поблизости, или куда он мог теперь направиться.
Мне нужна его помощь для путешествия в центр полуострова Легар, если, конечно,
он согласится мне ее оказать.
— Ты имеешь в виду владения Хрустального Дракона!
— Да. Если бы это был обычный поход, я предпочел бы
путешествовать один. При обычных обстоятельствах Хрустальный Дракон не обратил
бы на меня ни малейшего внимания до тех пор, пока я не полез бы в его пещеру.
Взгляд Эрини застыл.
— А сейчас?
— А сейчас в самом центре его владений, возможно, разбит
лагерь целой армии. Армии, на знаменах которой изображен волк.
— Арамиты? Значит слухи подтвердились? — она слегка
побледнела. — Я думаю, возможно, Меликарду сейчас стоило бы быть здесь. И
командиру Истону тоже. — Истон, уроженец отечества Эрини, был последние
несколько лет начальником разведывательной службы Талака.
— Прошу тебя! — Кейб чуть ли не вскочил со стула. — Только
после того, как я уйду. Тогда можешь им все рассказать. Самое главное
заключается в том, что я хочу узнать, что же там произошло на самом деле.
Поэтому-то я и пытаюсь найти Темного Коня.
— А если ты его не найдешь?
— Тогда я пойду туда один.
Ее левая рука сжалась в кулак, но голос был убийственно
спокоен.
— Гвендолин ни за что не допустит этого.
— Она не узнает об этом до тех пор, пока не будет уже
слишком поздно. Я наверняка так и поступлю, если дело дойдет до этого. Эрини, я
не хочу, чтобы она последовала за мной.
Было ясно, что Эрини не может с ним согласиться, но, тем не
менее, она в конце концов кивнула в знак согласия.
— Как хочешь, Кейб. Значит, невзирая ни на что, я должна
помочь тебе найти Темного Коня. Я никогда не смогу посмотреть в глаза Гвен,
если с тобой что-нибудь случится из-за того, что я не сумела разыскать его для
тебя.
— Она никогда не возложит на тебя ответственность.
— Она — нет, зато я — да. — Королева встала и, расправив
руками платье, пристально посмотрела в пространство. Ее прекрасное лицо стало
напряженно-сосредоточенным. — Его давно здесь не было, и я не ожидаю его
появления, в этом-то и состоит наша самая большая трудность. Однако мы обычно
встречались в двух местах. Одно здесь, во дворце, другое находится очень далеко
за пределами высоких стен Талака.
— За пределами? — замечание, что Меликард позволяет жене покидать
безопасные пределы города, очень удивило Кейба.
— Если ты думаешь, что твои отношения с моим мужем можно
назвать скользкими, то поинтересуйся у Темного Коня, что он думает о своих с
ним отношениях. Единственное, что связывает их, это я, Кейб. Меликард
благодарен ему за то, что Темный Конь сделал для меня, когда предатель-советник
моего мужа хотел передать Талак в руки своего повелителя, Серебряного Дракона.
Темный Конь знает, что я люблю Меликарда. Между тем, они оба помнят
обстоятельства, при которых встретились, когда мой будущий муж заманил в
ловушку бедного Дрейфитта, посадил его в темницу и даже пытал, поставив перед
собой задачу сделать Темного Коня своим слугой.
Кейба передернуло, когда он вспомнил все это. Темный Конь не
из тех, кто легко прощает, но в этом его никто не может обвинить.
— Временами, особенно когда я рядом, они бывают очень
сердечны друг с другом, их можно назвать почти друзьями, но их общее прошлое
всегда возвращается. Вот поэтому-то навещать Темного Коня иногда лучше где-нибудь
подальше от глаз моего мужа. Я люблю своего мужа, но я и не бросаю друзей… ты
же знаешь.
— Я знаю, — поднявшись, Кейб приготовился к тому, что должно
наконец произойти. — Где первое место? То, что во дворце.
— Мои комнаты, — она взяла его за руку, — пожалуйста, следуй
за мной.
Как только королева замолчала, обстановка вокруг них
изменилась. Теперь они стояли в самом центре огромной комнаты, изысканный вид
которой привел Кейба в изумление. Колонны из белого мрамора в каждом углу
комнаты украшали золотые цветы, настолько искусно сделанные, что Кейб сначала
принял их за живые. Пол был тоже мраморный, но не белый, а различных цветов, из
которых складывался прекрасный замысловатый орнамент. Длинные, толстые шерстяные
ковры тянулись от огромной деревянной кровати до каждой из четырех дверей. В
промежутках между дверями стены украшали веселые гобелены. Ряд шкафов говорил о
количестве королевских нарядов.
Кровать, как и остальная деревянная мебель, находящаяся в
комнате, была сделана из теперь уже редкого северного дуба. В то время, когда
это было изготовлено, дерево не было редкостью, но зима Ледяного Дракона
нанесла такой ущерб дубовым рощам, что они не смогли восстановиться до сих пор.
Как ни старались с помощью волшебства ликвидировать действие магической зимы,
северные районы до сих пор страдали от этого.
Как ни велико было впечатление, которое произвела на Кейба
окружающая обстановка, оно бледнело в сравнении с тем, что только что сделала
королева.
Эрини! Ты проделала это без сучка и задоринки! Я ждал, что
мне придется вмешаться, а ты так легко перенесла нас сюда, словно ты годами в
этом практиковалась.