Вокзал потерянных снов - читать онлайн книгу. Автор: Чайна Мьевилль cтр.№ 59

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Вокзал потерянных снов | Автор книги - Чайна Мьевилль

Cтраница 59
читать онлайн книги бесплатно

Иногда Лин попадались живые образчики, унесенные речными водами с прибрежных ферм и бродившие внутри перекроенных рекой зданий замысловатыми органическими лабиринтами. Большие глупые жуки, крупнее носорогов, послушно шли вслепую, подгоняемые и одергиваемые погонщиками, пробираясь между домами, изменяя очертания комнат, обволакивая стены быстро высыхающей слизью, сглаживая углы, соединяя между собой помещения, здания и улицы тем, что изнутри казалось норами гигантских червей.

Порой Лин садилась в одном из небольших кинкенских садиков. Ей было спокойно среди медленно расцветающих деревьев и снующих соплеменников. Она смотрела на видневшиеся меж деревьями бока и задворки высоких зданий. Однажды она увидела, как в окне, будто случайно пробитом в верхней части обшарпанной бетонной стены, выходящей на задний двор, показалась молодая женщина-человек. Она спокойно глядела на своих хеприйских соседей, а за ее спиной развевалось и хлопало от резкого ветра развешанное на шестах детское белье. «Странный способ растить детей, — подумала Лин, представив себе ребенка, окруженного молчаливыми существами с головами насекомых, — столь же странный, как если бы я оказалась среди водяных». Эта мысль вызвала неприятные воспоминания о детстве.

Конечно же, все путешествие по этим презренным улицам было лишь ностальгической экскурсией в город ее памяти. Она это знала. И скрепя сердце продолжала вспоминать.

Кинкен был первым прибежищем Лин. В тот странный период изоляции, когда она с жаром приветствовала успехи королев криминального мира хепри и бродила изгоем по всем закоулкам города — за исключением, быть может, Салакусских полей, где изгои сами были хозяевами, — она поняла, что ее чувства к Кинкену имеют двоякую природу.

Хепри жили в Нью-Кробюзоне уже почти семь веков, с тех пор как «Страстный богомол» пересек Вздувшийся океан и достиг берегов Беред-Каи-Нев, восточного континента, родины хепри. Несколько торговцев и путешественников навсегда уплыли на нем, чтобы разведать новые края. На протяжении веков эта горстка поселенцев выживала в городе, который стал для них родиной. Здесь не было отдельных сообществ, никаких домовых червей или гетто. Не было до Трагического переселения.

Сто лет назад первые корабли беженцев прибило течением к берегу в Железной бухте. Их огромные механические моторы были ржавыми, неисправными, а паруса порваны. Это были корабли-могильники, набитые полуживыми хепри из Беред-Каи-Нева. Болезнь была настолько свирепа, что пришлось отбросить древние табу, запрещавшие хоронить в воде. Так что на борту оставалось немного трупов, зато там находились тысячи умирающих. Корабли были похожи на переполненные морги.

Причины этой трагедии оставались тайной для нью-кробюзонских властей, не имевших консульских представительств и почти не поддерживавших контактов со Странами Беред-Каи-Нева. Беженцы же о случившемся не рассказывали, на вопросы отвечали уклончиво, а даже если и хотели выразить что-то в рисунках, языковой барьер препятствовал пониманию. Людям удалось лишь узнать, что с жившими на восточном континенте хепри произошло нечто ужасное, пронесся какой-то чудовищный смерч, втянув в свою воронку миллионы, уцелела горстка способных бежать. Хепри окрестили этот небесный апокалипсис Опустошением.

Между прибытием первых кораблей и последнего прошло двадцать пять лет. Говорят, команды тихоходных безмоторных суденышек целиком состояли из хепри, рожденных в море, первые поколения беженцев вымерли за время перехода. Дочери не знали, что заставило матерей бежать, они помнили только, как умирающие сородичи заклинали их держать путь на запад и не поворачивать обратно. Слухи о хеприйских Кораблях милосердия — названных так потому, что они плыли в поисках милосердия, — приходили в Нью-Кробюзон и из других стран восточного побережья континента Рохаги, из Гнурр-Кета, с островов Джесхалл и даже из далекого южного Шарда. Хеприйская диаспора была разрозненной и пребывала в панике.

В некоторых краях беженцев истребили во время ужасных погромов. В других, как и в Нью-Кробюзоне, их принимали, хотя и неохотно, но и без открытой жестокости. Они обосновались, превратились в служащих, налогоплательщиков и преступников и в конце концов оказались загнанными в гетто, иногда подвергаясь нападениям со стороны ксенофобов-фанатиков и головорезов.

Лин выросла не в Кинкене. Она родилась в более молодом и более бедном хеприйском гетто Ручейной стороны, в грязной дыре на северо-западе города. Узнать историю Кинкена и Ручейной стороны было практически невозможно, ибо поселенцы предпринимали систематические усилия к тому, чтобы стереть следы воспоминании. Травма, нанесенная Опустошением, была настолько глубока, что первое поколение беженцев сознательно предало забвению десять веков хеприйской истории, провозгласив свое прибытие в Нью-Кробюзон началом новой эры, Эры Города. Когда следующие поколения задавали соплеменникам вопросы об исторических корнях, многие отказывались отвечать, другие же просто не могли ничего припомнить. Густая тень геноцида заслонила хеприйскую историю.

Так что для Лин было непросто проникнуть в тайну тех первых двадцати лет Эры Города. Кинкен и Ручейная сторона представали для нее как свершившийся факт, равно как и для ее соплеменников, и для их отцов, и дедов.

На Ручейной стороне своей площади Статуй не было. Сто лет назад это было средоточие людских трущоб, хаотичное нагромождение кое-как слепленных домов, а хеприйские домовые черви всего лишь облепили разрушенные здания цементом, навечно утвердив их в состоянии крушения. Новые обитатели Ручейной стороны не были ни художниками, ни владельцами фруктовых лавок, ни менеджерами среднего звена, ни старейшинами ульев, ни квалифицированными рабочими. Они были презираемыми голодными оборванцами. Подвизались чернорабочими на фабриках и чистили выгребные ямы, продавали себя любому, кто захочет купить. Сестры из Кинкена относились к ним с презрением.

На улицах Ручейной стороны буйно расцветали причудливые и опасные идеи. В тайных кружках собирались радикалы. Мессианские религии сулили освобождение избранным.

Многие из первых переселенцев отвернулись от богов Беред-Каи-Нев, рассердившись за то, что те не уберегли своих последователей от Опустошения. Но другие поколения, не знавшие о причинах трагедии вновь обратили к ним свои молитвы. На протяжении более ста лет храмы устраивались в освященных помещениях старых мастерских и пустых танцполов. Однако многие жители Ручейной стороны в смятении и жажде обращались к диссидентским богам.

В пределах Ручейной стороны можно было отыскать храмы всех распространенных религий. Здесь поклонялись Ужасной гнездовой матери и Слюнотворцу. Захудалым богадельням покровительствовала Славная кормилица, а Непокорные сестры защищали истово верующих. Но в грубых лачугах, которые гнили по берегам промышленных каналов, и в передних комнатах с темными окнами молитвы возносились нездешним богам. Жрицы посвящали себя служению Электрическому дьяволу или Воздушному жнецу. Кучки неуловимых заговорщиков взбирались на крыши своих домов и распевали гимны в честь Крылатой сестры, молясь о том, чтоб она даровала им способность летать. А некоторые одинокие, отчаявшиеся души, такие как Лин, давали обет верности Насекомому образу.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению