Поиски абсолюта - читать онлайн книгу. Автор: Оноре де Бальзак cтр.№ 28

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Поиски абсолюта | Автор книги - Оноре де Бальзак

Cтраница 28
читать онлайн книги бесплатно

Пьеркен не оставлял Маргариты в покое, выказывая упрямство, которое является не чем иным, как безотчетной терпеливостью дурака. Он применял к Маргарите обычные мерки, принятые у большинства при оценке женщин. Он думал, что если заронил ей в уши слова: брак, свобода, богатство, то они дадут росток в ее душе и расцветут решением, могущим обратиться ему на пользу, и воображал, что холодность ее притворна. Но, несмотря на то, что он окружал ее заботами и галантным вниманием, ему плохо удавалось скрыть свои деспотические замашки, порожденные привычкой решать единым махом самые важные вопросы семейной жизни. Утешая ее, он прибегал к избитым фразам, обычным для его профессии, которые улиткой вползают в чужую душу и оставляют длинный след сухих слов, способных обесцветить всю святость горя. Нежность его была сродни желанию подольститься. Уже при выходе, надев галоши и взяв в руки зонтик, он оставлял за порогом свою напускную меланхолию. Тем тоном, на который ему давала право давнишняя близость, он пользовался как орудием, чтобы глубже проникнуть в круг семьи и склонить Маргариту на брак, о котором заранее трубил по всему городу. Итак, любовь настоящая, преданная, почтительная создавала поразительный контраст любви эгоистичной и расчетливой. Все по-своему было цельно и у Пьеркена и у Эммануила. Один разыгрывал комедию страстной любви и малейшими своими преимуществами пользовался, чтобы иметь возможность жениться на Маргарите, — другой прятал свою любовь, боялся показать свою преданность. Спустя некоторое время после смерти матери, в один и тот же день, Маргарита могла сравнить двух этих мужчин, которые только и были доступны ее оценке. Она была обречена вести уединенный образ жизни и до сих пор не могла бывать в свете, а обстоятельства закрыли двери в дом Клаасов для всех, кто мог предложить ей свою руку. Однажды после завтрака, в прекрасное апрельское утро, пришел Эммануил, в ту минуту когда Клаас выходил из дому. Так невыносимо чувствовал себя Валтасар дома, что ежедневно он надолго уходил гулять вдоль городского вала. Эммануил хотел было итти вместе с Валтасаром, но колебался, как будто собираясь с духом, затем он робко взглянул на Маргариту и остался. Маргарита догадалась, что учитель хочет поговорить с ней, и предложила ему пройти в сад. Она отослала Фелицию к Марте, которая работала в передней второго этажа; в саду Маргарита села на скамью, где могли ее видеть сестра и старая дуэнья.

— Господина Клааса поглотило горе так же, как прежде поглощали его ученые изыскания, — сказал молодой человек, глядя, как Валтасар медленно идет по двору. — Все в городе его жалеют; он ходит, как будто не знает, за что взяться; затем вдруг остановится, смотрит и ничего не видит…

— У всякого горе выражается по-своему, — сказала Маргарита, подавляя слезы. — Что хотели вы мне сказать? — помолчав, продолжала она с холодным достоинством.

— Имею ли я право, — отвечал Эммануил взволнованно, — обратиться к вам с теми словами, которые вы сейчас услышите? Прошу вас видеть с моей стороны только желание быть вам полезным, и позвольте мне считать, что учитель может интересоваться судьбой своих учеников настолько, чтобы беспокоиться и об их будущем. Вашему брату Габриэлю минуло пятнадцать лет, он теперь в старших классах, и, разумеется, необходимо направлять его занятия в соответствии с карьерой, которую он изберет. Но в таком вопросе все зависит от вашего отца; а если он об этом не подумает, не будет ли это несчастьем для Габриэля? И вместе с тем не оскорбится ли ваш отец, если вы дадите ему понять, что он не заботится о сыне? Поэтому вам, пожалуй, стоило бы расспросить брата о его вкусах, побудить его самого выбрать себе карьеру, так что, если отец впоследствии захочет сделать из него судью, администратора, военного, у Габриэля будут уже налицо специальные познания. Вряд ли вы или господин Клаас хотели, чтобы он жил в праздности…

— О нет! — сказала Маргарита. — Благодарю вас, Эммануил, вы правы. Моя мать, приказывая нам плести кружева, так заботливо обучая нас рисованию, шитью, вышивке, игре на фортепьяно, часто говаривала нам, что неизвестно, какое будущее нас ожидает. Габриэль должен стать самостоятельным человеком и завершить свое образование. Но какая же карьера всего лучше?

— Габриэль в своем классе идет первым по математике, — сказал Эммануил, трепеща от счастья. — Если он захочет поступить в Политехническую школу, я думаю, там он приобретет познания, полезные при всякой карьере. По окончании он будет иметь возможность выбрать, что больше всего ему по душе. Нисколько не предопределяя его будущего, вы не потеряете даром времени. Кто с отличием кончает Политехническую школу, того охотно принимают всюду. Из нее вышло немало администраторов, дипломатов, ученых, инженеров, генералов, моряков, судей, промышленников и банкиров. Совсем не редкость увидать, что молодой человек из богатой или родовитой семьи усердно работает, готовясь поступить туда. Если Габриэль решит это сделать, я просил бы вас… не предоставите ли вы мне возможность… Скажите «да»!

— Что вы хотите?

— Быть его репетитором, — сказал он, весь дрожа. Маргарита взглянула на де Солиса, пожала ему руку и произнесла:

— Да! — Она помолчала и прибавила взволнованно: — Как я ценю вашу чуткость! Вы предложили именно то, что я могу от вас принять! В ваших словах я вижу, как вы заботитесь о нас. Благодарю вас.

Хотя эти слова были сказаны совсем просто, Эммануил отвернулся, чтобы скрыть слезы, выступившие у него на глазах от радости, что он сделал приятное Маргарите.

— Я приведу вам обоих ваших братьев, — сказал он, немного успокоившись, завтра отпускной день.

Он встал, поклонился Маргарите, которая пошла его проводить; со двора он увидел, что она стоит в дверях столовой и дружески кивает ему.

После обеда явился к Клаасу нотариус и уселся в саду между ним и Маргаритой, на ту же скамейку, где сидел Эммануил.

— Дорогой кузен, нынче я зашел поговорить о делах… Сорок три дня прошло со времени кончины вашей жены…

— Не считал их, — сказал Валтасар, отирая слезы, навернувшиеся у него при этом официальном слове «кончина».

— О! — сказала Маргарита, взглянув на нотариуса. — Как это вы можете?..

— Ведь люди нашей профессии, мадмуазель Маргарита, обязаны высчитывать сроки, определенные законом. Дело идет именно о вас и ваших сонаследниках. Так как у господина Клааса только несовершеннолетние дети, ему надлежит в сорокапятидневный срок после кончины супруги составить инвентарную опись, чтобы определить стоимость имущества, находящегося в совместном владении. Разве не нужно знать, в каком оно состоянии, хорошем или плохом, чтобы принять его или выступить в защиту законных прав несовершеннолетних наследников?

Маргарита поднялась.

— Останьтесь, кузина, — сказал Пьеркен. — Эти дела касаются вас обоих, и вас и вашего отца. Вы знаете, какое участие я принимаю в вашем горе; но необходимо нынче же обсудить все обстоятельства, иначе вам, той и другой стороне, грозят большие беды! В настоящий момент я исполняю долг домашнего нотариуса.

— Он прав, — сказал Клаас.

— Срок истекает через два дня, — продолжал нотариус. — Итак, я должен уже завтра приступить к составлению инвентарной описи, хотя бы только для того, чтобы отсрочить оплату прав на наследство, которой потребует от вас государственное казначейство; у казначейства нет сердца, оно не считается с чувствами и в любое время налагает на вас лапу. Далее, каждый день, с десяти до четырех, я буду работать здесь со своим письмоводителем и оценщиком, господином Рапарлье. Когда кончим в городе, отправимся в деревню. Что же касается леса Вэньи, об этом поговорим особо. Итак, перейдем к другому пункту. Нам предстоит созвать семейный совет, чтобы назначить заместителя опекуна. Господин Конинкс из Брюгге является самым близким вашим родственником, — но он теперь бельгиец! Вам следовало бы, кузен, написать ему в связи со всем этим, вы выяснили бы, не намерен ли он поселиться во Франции, где он владеет прекрасными имениями, вы могли бы убедить его переехать вместе с дочерью во французскую Фландрию. Если он откажется, я позабочусь о созыве совета согласно степеням родства.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию