Самый далекий берег - читать онлайн книгу. Автор: Александр Бушков cтр.№ 73

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Самый далекий берег | Автор книги - Александр Бушков

Cтраница 73
читать онлайн книги бесплатно

Длилось это долго, но в конце концов он все же иссяк. Зорич, усмехнувшись, поинтересовался:

– Я вас правильно понял, прапорщик?

– Совершенно правильно, – ответил Шибко, ни на кого не глядя. – Имел дурость отметиться. Генеральская дочка, мать ее за щупальце, студенточка исторического факультета… Вечера напролет, не считая плотских радостей, только и болтали о прошлом… О моем прошлом, – уточнил он с вымученной улыбкой. – Она знала все про манжетные ленты, знала, какие руны были в петлицах у нас и какие – у «Шарлеманя»… впрочем, у «Шарлеманя» в петлицах не было рун, но не в том суть… Теперь только стало ясно, что знала она ровно столько, сколько и я… С-сука, бактерия разумная, спирохета галактическая, тварь… Вы разрешите подать рапорт о переводе?

– Куда? – усмехнулся Зорич. – В управление к нашему мохнатому коллеге?

– Ага, – сказал Шибко с нешуточной надеждой. – Поймать бы эту, хоть одну…

– И думать забудьте. Все равно не подпишу. Вы на своем месте, на нем и останетесь… Что за детство? Можете идти. Нет-нет, вы, обер-поручик, как раз останьтесь, с вами мы еще не закончили.

Кирьянов, успевший было встать, вновь опустился в кресло. С тем же вялым равнодушием подумал: неужели все же втык? И черт с ним, хуже того, что сейчас творилось у него на душе, все равно не случится, уж в этом можно быть уверенным…

Однако дела определенно принимали какой-то иной оборот. Штандарт-полковник одернул и без того безукоризненный китель, без нужды поворошил канцелярские безделушки на столе. Поднял глаза. В голосе у него явственно прозвучали нотки грусти:

– А вот вам я вынужден подписать перевод. Откровенно говоря, мне самому это не по душе, по-моему, вы себя прекрасно проявили как член команды, но начальство рассудило иначе, и выше головы не прыгнуть ни вам, ни мне, приходится подчиняться…

– И куда же это? – настороженно спросил Кирьянов.

– На повышение, дорогой обер-поручик, – меланхолично произнес Зорич. – На повышение, да будет вам известно… Наша база – не совсем то, чем кажется новичку. О нет, упаси боже, никаких инсценировок и прочей дешевой театральности, о которой, я слышал краем уха, обожает в последнее время болтать милейший майор Стрекалов, войдя в изрядное подпитие… Здесь все у вас было всерьез, и мы – как раз те, кто мы есть. Тут другое. Все это время к вам ненавязчиво присматривались, изучали ваше поведение и реакции во всех без исключения ситуациях, касавшихся как службы, так и… внеслужебных дел. Ничего необычного, отрицательного, удивительного в этом нет. Обычная практика отбора, продвижения и расстановки кадров. Такое испокон веков происходило в любой армии, спецслужбах, любом цивильном учреждении… да, чтобы далеко не ходить, в том числе и в вашей пожарной части, покинутой совсем недавно. Верно ведь? Вот видите… Наше подразделение с момента своего создания всегда выполняло двойные функции: не только действующей на определенном участке команды, но еще и, как выражаются в вашей армии, учебки. Довожу до вашего сведения, что вы ее закончили, и вполне успешно. И приходится вам уходить. Так уж тут заведено: кто-то остается у нас насовсем, кто-то уходит на повышение. Все согласования проведены, решения вынесены, резолюции наложены, бумаги готовы, завтра же поутру вам предстоит отбыть к новому месту службы. – Он встал, выпрямился, безукоризненный, подтянутый, замкнутый, то ли деникинец, то ли каппелевец. – Поздравляю, обер-поручик. Это честь. Не каждому выпадает.

Кирьянов торопливо пожал протянутую руку. В голове у него имела место хаотическая мешанина из разнообразнейших чувств, среди коих уж точно не было одного: радости.

– Хочу добавить, – сказал штандарт-полковник. – Ни в коем случае не воспринимайте это перемещение как индульгенцию или билет в Эдем. Участок, где вам предстоит служить, еще сложнее и ответственнее…

– Я понимаю, – сказал Кирьянов искренне.

В голове у него навязчиво крутился вопрос, который он так никогда в жизни и не набрался бы наглости произнести вслух. Чем была для его собеседника нынешняя служба, нынешнее кресло: служебной необходимостью или потолком?

Но разве произнесешь такое вслух… Язык не повернется.

Глава 24
Автор и читатель

И все, на этом текст обрывался. Оставалось еще полстраницы девственно чистой бумаги – и ни даты, ни города, как любят порой отдельные литераторы: мол, «Монмартр-Козьмодемьянск, 1999»… Ничего такого.

И доктор Терехов аккуратно, по врожденной педантичности принялся складывать листы в аккуратнейшую стопу – захватывал по десятку – полтора, поворачивал боком, легонько постукивал по столу, подравнивал. Вскоре на углу стола лежала не просто стопа бумаги, а этакий белый параллелепипед, где ни один отдельный листок не выступал и на миллиметр.

– Итак, впечатления? – спросил Кирьянов.

Он как-то чересчур уж спокойно это спросил, предельно деловито, даже с некоторой скукой – ни следа затаенного волнения начинающего автора, озабоченного отношением окружающих к любимому детищу. В свое время, когда Терехов еще надеялся, что сумеет все же свои сюжеты записать, ходил и в литературное объединение к запойному прозаику Веремееву, коего в благодарность за консультации регулярно выхаживал приватным образом от «белки». Было время, насмотрелся на пишущих, изучил неплохо, знал их обычные реакции на первых читателей… Так вот, ничего похожего. От Кирьянова явственно веяло не жадным любопытством, а чем-то другим, что Терехов пока не в состоянии был расшифровать…

Осторожно подбирая слова, чтобы, часом, не наступить на горло творческой гордыне собеседника, он сказал:

– Небезынтересно, знаете ли… Особенно с этим вашим Чубурахом. Для читателя – полная неожиданность. Как у классика. «Спицы оказались кандалами, настольная лампа микрофоном, а бабушка – начальником тайной полиции».

– Вот то-то, что полная неожиданность, – усмехнулся Кирьянов. – Для ребят это был шок. Сразу вспомнили, что при нем болтали, как кое-кто в его присутствии девиц лапал… Пока этот долбаный робот в облике игуаны ползал по потолку и все его принимали за настоящего, наш майор… А в общем, он мужик ничего. Я с ним потом встречался раза два. Невредный мужик, профессионал…

И снова в его голосе прозвучала скука, некоторая лень, словно они об общем знакомом говорили.

– Неувязочки у вас есть, – сказал доктор Терехов, – нестыковочки.

– А конкретно?

– Да вот хотя бы взять этого вашего героически погибшего коллегу: то он у вас Жакенбаев, то Жаукенов…

– Серьезно?

– Серьезно. В нескольких местах вы его именуете то так, то этак.

– Тьфу ты, – с досадой сказал Кирьянов. – Вот что значит не перечитать потом… Ну да, накладочка. В общем-то фамилия у него была совершенно другая, хоть и похожая, я, видимо, забывал второпях, как его называл у себя в дневнике…

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию