Свет, который мы потеряли - читать онлайн книгу. Автор: Джилл Сантополо cтр.№ 3

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Свет, который мы потеряли | Автор книги - Джилл Сантополо

Cтраница 3
читать онлайн книги бесплатно

Ты покачал головой:

– Нет, это так, забава. У меня мама художница. Видела бы ты ее абстрактные работы… потрясающие, огромные… а на жизнь она зарабатывает холстиками – аризонские закаты для туристов. Создавать ради продажи – нет, такая жизнь не по мне.

Я уперлась локтями в стол и принялась разглядывать остальные фотографии. Ржавчина, покрывающая каменную скамью, потрескавшиеся мраморные прожилки, коррозия на металлической ограде. Я и представить себе не могла, что здесь может таиться красота.

– А твой папа тоже художник? – спросила я.

Лицо твое сразу изменилось, словно дверь захлопнулась, и глаза потемнели.

– Нет, – ответил ты. – Он не художник.

Я будто споткнулась о невидимую веревку. Я хорошо помню это, ведь тогда я открывала для себя неведомый мне ландшафт твоей жизни. Я уже надеялась, что скоро изучу его, как свои пять пальцев, и буду ориентироваться в нем с закрытыми глазами.

Ты замолчал. Я тоже молчала. Громко вещал телевизор, я слышала, как дикторы что-то говорят о Пентагоне и о самолете, разбившемся в Пенсильвании. Ужас ситуации снова обрушился на меня. Я отложила твои фотографии. Разговоры и мысли о красоте показались тогда дикостью. Но, вспоминая прошлое, я думаю, что именно они и были в тот день единственно уместными.

– Ты, кажется, собирался меня покормить? – спросила я, хотя совсем не хотела есть, да и картинки, мелькающие на экране, особого аппетита не вызывали, скорее наоборот.

Невидимая дверь в твоих глазах снова открылась.

– Точно, – кивнул ты.

Из съедобного у тебя нашлись лишь продукты для начос. Я принялась резать помидоры, ржавым консервным ножом открыла банку с бобами, а ты высыпал чипсы на подносик из жести, который почему-то никто не догадался выбросить, и потер сыр в тарелку с оббитыми краями.

– Ну а ты? – спросил ты с таким видом, будто наш разговор и не прерывался.

– Что – я?

Я в это время боролась с крышкой банки с бобами, пытаясь отодрать ее.

– Ты художница?

Справившись, я положила металлический диск на стол.

– Нет. Самое креативное, что я делаю, – пишу рассказы для девчонок из комнаты.

– И о чем, интересно? – спросил ты, наклонив голову набок.

Я уставилась в пол, не хотелось, чтобы ты увидел, как я покраснела.

– Стыдно рассказывать… про крохотного поросенка по имени Гамильтон, которого случайно приняли в колледж для кроликов.

Ты удивленно рассмеялся:

– Гамильтон, говоришь. Поросенок. Понимаю. Очень смешно.

– Спасибо, – поблагодарила я и снова заглянула тебе в глаза.

– Будешь продолжать, когда получишь диплом?

Ты пытался открыть банку с сальсой, подцепив крышку за край столешницы.

Я покачала головой:

– Вряд ли кто-то захочет читать истории про поросенка по имени Гамильтон. Думаю заняться рекламным делом, но пока говорить об этом рано. И глупо.

– Почему глупо? – спросил ты, и крышка с хлопком соскочила.

Я посмотрела на телевизор:

– А какой смысл? Реклама… Представь, что тебе осталось жить один день, всю жизнь ты занимался тем, что втюхивал… нарезанный сыр или там… чипсы… У тебя не возникло бы чувство, что жизнь прошла даром?

Ты закусил губу. По глазам было видно, что ты размышляешь над моими словами. Так я еще кое-что узнала о твоем внутреннем мире. А ты, возможно, о моем… совсем немножко.

– А как сделать, чтобы такого чувства не возникло?

– Как раз это я и пытаюсь понять, – задумчиво проговорила я. – Думаю, нужно оставить свою отметину в мире – в хорошем смысле, конечно. Оставить мир после себя немножечко лучше, чем он был до тебя.

Я все еще верю в это, Гейб. Всю жизнь я старалась двигаться в этом направлении. Думаю, и ты тоже.

И вдруг я увидела, как лицо твое… расцветает, что ли. «Что бы это значило?» – думала я. Я еще не достаточно тебя изучила. Теперь-то я знаю, о чем говорит этот взгляд. Он означает, что у тебя в голове меняется ракурс.

Ты окунул ломтик картофеля в соус и протянул его мне:

– Кусай.

Я откусила ровно половину, а вторую ты сунул себе в рот. Взгляд твой задумчиво скользил по моему лицу, затем медленно опустился вниз, исследуя изгибы моего тела. Я чувствовала, как ты исследуешь меня под разными углами, пытаясь найти и оценить мои достоинства. Потом провел кончиками пальцев по моей щеке, и мы снова поцеловались. На этот раз губы твои были соленые и перченые на вкус.

Когда мне было пять или шесть лет, я любила рисовать на стенке своей комнаты красным карандашом. Вряд ли я рассказывала тебе об этом. Так вот, рисуя сердечки и деревья, солнце, луну и облака, я понимала, что делаю что-то нехорошее. Чувство это возникало где-то в глубине души. Но я не могла заставить себя прекратить, уж очень хотелось разрисовывать стены. Комната была раскрашена в розовый и желтый, но мой любимый цвет – красный. И мне хотелось, чтобы и моя комната стала красной. Мне нужно было, чтобы комната стала красной! У меня возникло чувство, будто, раскрашивая стену, я делаю все абсолютно правильно, но в то же самое время поступаю очень дурно.

Такое же чувство не покидало меня и в день, когда я познакомилась с тобой. Мы целовались на фоне трагедии и погибших людей, и мне казалось, что мы абсолютно правы, но в то же самое время поступаем очень дурно. Но я больше сосредоточивалась на ощущении своей правоты, я всегда так делаю.


Я просунула руку в задний карман твоих джинсов, а ты – в задний карман моих. Мы прижались друг к другу еще крепче. В комнате трезвонил телефон, но ты не обращал внимания. Потом затрещал телефон в комнате Скотта.

Через несколько секунд на кухню явился Скотт. Прокашлялся. Мы отпрянули друг от друга и повернулись к нему.

– Послушай, Гейб, – сказал он, – тебя Стефани уже обыскалась. Я попросил ее не вешать трубку.

– Кто такая Стефани? – спросила я.

– Никто, – ответил ты.

– Его бывшая, – сообщил Скотт. – Она плачет, старик.

С расстроенным лицом ты смотрел то на меня, то на Скотта.

– Скажи, я перезвоню через пару минут.

Скотт кивнул и вышел, а ты схватил меня за руку, сплетя пальцы с моими. Наши взгляды встретились, как на крыше, когда я не смогла отвести глаз. Сердце колотилось словно бешеное.

– Люси, – произнес ты, и в звуке моего имени трепетало желание. – Я понимаю, ты сейчас здесь, и все это выглядит очень странно, но я должен убедиться, что с ней все в порядке. Весь прошлый учебный год мы с ней были вместе и разбежались только месяц назад. Этот день…

– Я понимаю, – перебила я.

Как бы дико это ни звучало, в ту минуту ты мне нравился еще сильнее: со Стефани больше не встречаешься, а – надо же! – заботишься о ней.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию