Кот госпожи Брюховец - читать онлайн книгу. Автор: Елена Басманова cтр.№ 35

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Кот госпожи Брюховец | Автор книги - Елена Басманова

Cтраница 35
читать онлайн книги бесплатно

– Пора вставать, Карл Иваныч. – Письмоводитель с виноватым видом уселся на свое обычное место.

Вирхов кряхтя отправился в смежную комнату, где с минуту держал голову под струей холодной воды, мысленно проклиная Воздухоплавательный парк и господина Глинского.

Когда он добрался до своего письменного стола, письмоводитель робко привстал.

– Господин следователь! Вас в приемной дожидается человек. Из гостиницы «Гигиена» .

– Что он хочет?

– Говорит, имеет важное сообщение.

– Впусти, – велел Вирхов и напрягся.

– Ну, что у вас там стряслось? – нелюбезно начал Вирхов разговор с курносым портье.

– Еще ничего, – ответил тот, – но боюсь, что случится. Очень подозрительный постоялец.

– Господин Ханопулос? Эрос Орестович?

– Совершенно верно, – шепнул портье. – Я все написал. Словами могу подтвердить для протокола. Явившись, грек попросил затопить печь.

Глава 19

– Я знал, моя богиня, что встречу вас здесь! – вскричал господин Ханопулос, завидев Марию Николаевну Муромцеву в толпе у Спаса на Сенной.

Грек, не смущаясь явного осуждения окружающих, оглядывал девушку восхищенным раздевающим взглядом. Пригнувшись, он шепнул в девичье ушко:

– Вы никогда не замечали, что смерть разжигает любовную страсть?

Муре не нравилось, что они привлекают к себе внимание. От самого дома за ней в некотором отдалении неотступно следовал неприметный господин – его неприметность и настораживала. Значит, неизвестные преследователи установили не только местонахождение ее детективной конторы, но и место проживания. Или сумасшедшая госпожа Брюховец наняла соглядатая? Чувствуя на спине чужой взгляд, Мария Николаевна с запоздалым сожалением думала, что напрасно отдала доктору Коровкину оружие. Теперь она озиралась, ожидая каждую минуту нападения, и радость от встречи с Эросом Ханопулосом была безвозвратно испорчена.

Гибкий, стройный брюнет ее волновал – сладкая тревога отзывалось неизвестным прежде томлением каждой клеточки тела. Ей хотелось видеть грека, слушать его страстные речи, ловить на себе сияющий взор оливковых глаз, смотреть на контрастную линию, отделяющую белоснежный воротник рубашки от смуглой шеи, сильной, мускулистой, точеной...

– Я был вчера на велодроме, – взволнованно говорил грек. – Вас там не было. Вы всех обманули, не пришли. Я не знал, где вас искать, иначе давно бы был у ваших ног.

– Зато у вас появилась возможность заняться неотложными коммерческими делами, – приглушив голос, кокетливо заметила Мура, намекая на неожиданный отъезд спутника после посещения Демьянова трактира.

– Ничуть не бывало! – излишне громко возразил грек. – Дела надо делать, только когда они могут принести быстрейшую и значительную прибыль. Я предпочитаю те, что позволяют обогатиться максимум за три дня. Вчерашний день для меня полностью пропал.

– Вы скучали? – с затаенной надеждой, не поднимая глаз, спросила Мура.

– Разумеется! – Эрос Ханопулос все больше воодушевлялся. – Как скучал о своей возлюбленной кормчий Менелая Каноп во время самого дальнего морского путешествия. Папа мне рассказывал...

Мура испугалась, что последуют очередные, слишком громогласные, комплименты грека.

– Вы весь вечер просидели взаперти в гостинице?

– Нет, дорогая Мария Николаевна, нет! – Эрос снова приблизил чувственные губы к девичьему ушку. – Гораздо хуже. Управился с неотложными делами и весь вечер в «Аквариуме» слушал писк тощей шансонетки... Разве это голос? Разве это женщина? Мечтал о встрече с вами, не отходил от вашего знакомого Родосского. Надеялся, что встречу вас здесь.

Мура отстранилась и принялась изучать толпу. Она действительно усмотрела Петю Родосского: юноша делал вид, что не замечает ее, не подходил, не здоровался. Мелькнула в толпе тонзурообразная лысина, венчающая апоплексически разжиревшую голову на тучном торсе Платона Симеоновича Глинского, – и исчезла. Только галантный инженер Фрахтенберг в скорбном наряде, с черной повязкой на рукаве мундира, явился пред очи Марии Николаевны Муромцевой. Он поцеловал барышне руку и обратился к заскучавшему греку:

– А разве вы знали Степана Студенцова?

– Не имел чести, – холодно ответил Ха-нопулос. – Но о несчастье слышал. Кроме того, как православный, скорблю по поводу смерти отца Онуфрия.

– А он что, тоже в мумиях разбирался?

– Прекратите, – осадила задиравшихся молодых людей Мура, в душе испытывая признательность к Эросу за неожиданную для него сдержанность, – здесь не место для дискуссий.

– Да? – недоверчиво спросил инженер. – Несчастного Степку лишил христианского сострадания наш красавчик-Густавчик. Думает, что Степкины мощи провоняли...

– Господин Фрахтенберг, – строго прервала Мура, – вы кощунствуете: говорите о покойном, как о святом...

– А он и есть святой в некотором смысле, – Фрахтенберг снова осклабился. – Невинная жертва, погиб ни за что, ни про что...

– Вы не очень благоволите к покойнику, – укорила девушка.

– Мне до него нет никакого дела, возразил инженер. – Это человек не моего круга. Пустой, лицемерный. А почему, Мария Николаевна, вы не представили меня вашему спутнику?

Неожиданный вопрос поверг Муру в растерянность.

– Я думала... мне показалось...

– Мы знакомы, что притворяться, – пробурчал недовольный присутствием Фрахтенберга грек. – Вчера на велодроме познакомились да в «Аквариуме» продолжили...

Фрахтенберг смотрел на Муру остановившимся, бесцветным взглядом.

– Отчего ж, господин Ханопулос, вы нас вчера так рано покинули? – спросил он с намеком. – Куда вы так торопились?

– Срочное коммерческое дело, – огрызнулся грек. – Для того и прибыл в столицу российскую.

– Вы в Петербурге третий день? – Мура попыталась разрядить напряжение. – И как, удается ныне в три дня разбогатеть?

– Я близок к этому! – Грек выкатил оливковые глаза. – Еще немного – и смогу думать о своем будущем. Хотелось бы не зависеть от отца...

– Похвальное стремление, – одобрил Фрахтенберг, переместившийся за спины Муры и Эроса.

Толпа у храма расступились, освобождая проход для несчастных родителей Степана Студенцова: крепкий мужчина с густой пшеничной, тронутой серебром, растительностью на красноватом лице, поддерживал заплаканную, закутанную в черную шаль низенькую полную женщину. Следом шествовал сутулый господин с высоко поднятой головой, с остренькой рыжей бородкой и рыжими усами, с черной креповой повязкой на рукаве.

– Я знал, что он непременно явится, – прошептал за спиной Муры Фрахтенберг.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению